Но всем планам не суждено было сбыться. Через час меня догнал запыхавшийся скороход, очень спешил. Заговорить сумел только через минуту.
— Его величество король Эропии Арунис Девятый повелевает вам немедленно вернуться во дворец и смиренно дожидаться августейшей аудиенции — выдал.
Что? Прямо повелевает? Немедленно и смиренно? Вот так? Чота сомнительно. Проверил. Нифига, буркнул «верните его, нам надо поговорить». Это когда ему сообщили, что я уже ушёл. О чём говорить-то? Жаль, мысли читать не умею. Сменил направление движения, и так же неспешно пошёл обратно.
Ждал в приёмной долго, даже успел пожалеть, что вообще согласился вернуться. Темнеть скоро начнёт. Должен как Карина, распростронять вокруг себя ауру животного ужаса, чтобы потом подползали по мановению пальчика и жадно внимали откровениям. Хорошее нелетальное оружие, кстати. Неправильно работаю, сто процентов. Надо бы меньше суеты и больше величия. Когда появлюсь здесь как Галя, так и буду делать, пообещал себе. Наплохо бы на ком-нибудь потренироваться, кого не жалко. Чтобы лишних инфарктов не случалось.
— Миссеар Смелый — сверившись с бумажкой объявил секретарь.
Кряхтя встал, отсидел задницу за несколько часов. В тюрьме и то удобней, чем в королевской приёмной. Вошёл, величество не изображает занятость, смотрит прямо на меня. Ну, приблизился, поклонился. Докладываться не буду, не слепой, сам видит. Не успел ещё меня забыть, почему-то уверен. Он понял, что я буду и дальше молчать, тяжело вздохнул.
— Миссеар, ответьте мне честно. Вы как-то связаны с нападениями на святую инквизицию?
— Её покарала Богиня.
Правда, между прочим. Галина это я и есть. Она и покарала, в моём воплощении. Не богиня я, конечно, но то мелочи, местным знать не положено.
— А со смертью предыдущего святейшего?
— Связан — не стал отпираться.
— Зачем вы это сделали, можете объяснить?
Пожал плечами.
— Инквизиция мешала переменам, предыдущий святейший тоже мешал.
— А я вам не мешаю?
— Вы светская власть, ваше величество, она необходима. И вы тоже не любите церковь.
— Откуда вы это знаете? — нахмурился.
Покопался в своей недевичьей, не нашёл. Но, вроде, с Ирэн об этом говорили.
— От вашей дочери принцессы Талиассы Ирэны Пэйс.
— Засранка — пробормотал — Сплетничает о отце.
— Она не сплетничала — заступился — Она пыталась предотвратить жертвы среди ваших подданых. Но инквизиция ударила первой. После этого у меня не осталось иного выхода, как обратиться к богине.
— Значит, она знала, кто вы такой? — пытливо.
— В общем и целом, без подробностей — не стал врать — У вас замечательная дочь.
— У неё уже есть жених, губу не раскатывай — вдруг строго предупредил.
Да прям, сильно надо. Так разве что на попробовать, если случай подвернётся. А величество тоже прыгает с ты на вы, по настроению. У меня похожая болезнь случается.
Заглянул секретарь.
— Пригласи сюда мою младшенькую, скажи, срочно.
Упс. Будет очная ставка?
— Она разве не в академии? — с надеждой.
— Уже нет. Благодаря тебе — проворчал.
Вскоре дверь за столом короля открылась, вошла Ирэна. Увидела меня и замерла.
— Миссеар?!
— Он самый — хмыкнуло величество — Узнала, это хорошо. Ничего не хочешь мне про этого юношу рассказать? И про твои с ним дела?
— Я всего лишь попросил принцессу о её коротком присутствии на собрании сторонников новой церкви, больше она ничего не знает — подсказал.
— На собрании заговорщиков? Принцесса?!
— Заговор против святейшего — поспешил напомнить — который казнил ваших подданых и ставил под сомнение вашу власть.
Ну наверняка же ставил. Почти уверен. Ирэна переводила взгляд с меня на отца и мало что понимала. Надо помочь.
— Новый святейший намного лояльнее вам, заговор увенчался успехом. Благодаря неоценимой помощи вашей… нашей… благодаря помощи принцессы — немного запутался, но в падении удалось финишировать.
— Ты помолчи! — ткнул в меня пальцем — А ты рассказывай! — уставился на дочь.
В принципе, повторила мою версию. О наших встречах в ментале не упомянула, добавила, что верит в богиню и молится ей. И что предлагала мне устроить аудиенцию у отца, но я отказался. Поскольку был уверен, что меня сразу там и арестуют.
— Арестовал бы — неохотно подтвердило величество — И повесил.
Вхдохнул, откинулся в кресле, прикрыл глаза и надолго задумался. Мы терпеливо ждали, переглядываясь. Ирена сердито показала мне кулак, я виновато развёл руками и состроил извинятельную рожицу. Громко хихикнула. Сумашедшая.
Величество открыло глаза и обратилось к дочери:
— Можешь идти, потом поговорим.
— Отец, я…
— Подумаю. Иди.
— Какие у тебя планы? — требовательно спросил, как только она вышла — Я должен знать всё, ничего через мою голову больше не предпринимать! Понятно?
— Понятно — согласился — В планах союз с эльфами. Развитие магического искусства и наук, создание ковена магов, университетов. Объединение Эропии с Горсаном в одну империю.
— Объединение лет через пятьдесят, шестьдесят — поспешил успокоить короля, видок у величества был ещё тот — или даже позже. Я скоро вернусь в свой мир, моей задачей была подготовка условий для реформ. Остальным займутся преданные богине люди.
— Правящая династия империи кто? — спросил через минуту.
— Супружеская пара из Горсана и Эропии. Ваш потомок положит начало новой династии.
— А эльфы?
— Союзники с самоуправлением.
Опять что-то просчитывает. Вздохнул:
— Стар я уже для подобных потрясений. Был бы лет на десять моложе… Что со своей Проктул сделал? Признавайся.
Всё-то знает, удивился. Хороший у него советник по безопасности. В бумагах на меня ничего про неё не было, когда только шепнуть успел.
К Сарэн вернулся почти ночью. Она ждала, но не предполагала, что я уже свободен. Пока рассказал ей все новости, пока она успокоилась и перестала меня трясти и тискать, нам давно было пора ложится в постельку. Что мы и сделали. Сразу прижалась ко мне, поначалу затихла. Но вскоре смущённо прошептала:
— Миссеар, сделай мне сегодня дочку. Я созрела — тихонько хихикнула.
Как узнала, что могу именно дочку? Наверняка сестричка проболталась. А чего засмущалась? Загадочная женская душа. Хм.
Утром ушёл в Рощу. Написал Сарэн записку, что дела, могу задержаться на день-два, целую. Она ещё сладко спала, не стал будить. Нам, наверно, придётся пожениться. Никела сильно переживала за честь рода, да и вообще, бастарды здесь не приветствуются. Стану мужем, обалдеть. А муж обязан заботиться о семье. А я скоро уйду насовсем. Грустно.
В Роще раннее утро. Лиреста наверняка спит ещё, вместе со всеми. Побродил по деревне, заглянул в общежитие. Здесь тоже тишина, в коридорах никого, в общей комнате никого. Рановато заявился, мог бы ещё поспать, но в тюрьме отоспался лет на десять вперёд.
Пора будить эту путешественницу, кто знает, когда выйдет. Куковать до обеда не хотелось. Посмотрел, где разместили. На втором этаже, одна в комнате. Ну и замечательно. Пошёл к дому, нашёл окно, и стал кидать камушки. А чо? Всё равно заняться нечем, а тут и развлечение, и польза. Камне на десятом окно распахнулось, выглянула. Как была, не одетая.
— Тебе чего?
— Домой разве не хочешь? — удивился — Пора, неделя уже прошла. Собирайся.
— В такую рань?! — возмутилась — Мы не поели, не попрощались, не поплакали на дорожку. У тебя что, шило в заднице?