— Сейчас в вестибюле встретил своего знакомого, он просит присоединиться к нам. Спросил, не будут ли возражать девушки, если он сядет за наш столик, и мы продолжим отдыхать вчетвером?
Девушки переглянулись, без слов поняли друг друга. Они опасались переговариваться на русском - вдруг, Аджмал и по-русски хорошо понимает, как и по-английски.
— Я не возражаю! — первая ответила Ольга, она поняла, что у неё нет шансов привлечь внимание Аджмала - он не сводил глаз с Виктории. И решила воспользоваться предоставившимся судьбой шансом. А, вдруг?
— Пожалуйста, — пожала плечами Виктория, она знала планы подруги на эмиратцев, если, конечно, он из Эмиратов.
***
Виктория высунула аккуратненький носик из-под одеяла - тишина.
— Ты где? — позвала почему-то шепотом. Никто не отвечал. В комнате кроме неё никого не было. Она откинула тонкое, лёгкое одеяло, спустила ноги на пушистый ковёр, встала, сдёрнула простынь с кровати - на ней было только бельё, закуталась в неё, подошла к окну, отдёрнула тяжёлую штору, выглянула. Из окна открылся завораживающий вид на море, раскинувшееся в величественной красоте. Гладкая поверхность отражала лучи восходящего солнца, создавая искрящуюся мозаику, словно играющую на поверхности воды. Чайки кружили над волнами, криками наполняя воздух ощущением свободы и лёгкости. Песчаный пляж тянулся вдоль берега, освещённый лучами солнца, наполняя всё вокруг теплом и умиротворением. Восхищённая, она на секунду забыла, о том, где она. Виктория вздрогнула, вернувшись в действительность. Она находилась в Дубае, в шикарном номере отеля. Она, на цыпочках, отошла от окна, вышла из спальни, прошла в зал - никого нет. Зашла в санузел, воспользовалась туалетом, на вешалке висели два ослепительно белых махровых халата - один на крупную фигуру, другой поменьше. Тут же висело несколько белоснежных полотенец, она приняла душ, достала с полки свежее полотенце, докрасна им растёрлась, выдавила на указательный палец горошину зубной пасты, почистила зубы пальцем - воспользоваться чужой зубной щёткой не позволила брезгливость, завернулась в полотенце и вышла. «Это же надо было так напиться, что потерять контроль и потащиться в номер к незнакомому мужику! Да ещё к арабу! Дура! — обозвала она себя, — раньше не замечала за собой страсть к алкоголю. Как назло, она не запомнила его имя. Попробуй, запомни, он же араб!» Она снова на цыпочках прошла в спальню. О, боже! Её платье бирюзовым лоскутом небрежно валялось на сиденье кресла. Виктория торопливо оделась, сунула ноги в туфельки на шпильке, схватила маленькую сумочку и выскользнула за дверь номера. «Ничего - ничего, — уговаривала она себя, — выпила лишнего - с кем не бывает и, по пьяни, позволила себе связь с арабом. Просто буду использовать ситуацию, как опыт и больше не буду себя так вести. Кстати, — спохватилась она, — мне понравилось или нет? Ничего не помню! Ужас, какой! Кошмар! Как стыдно! Надеюсь, я больше никогда в жизни не увижу этого араба. Воспользовался тем, что я была пьяной. Урод! Специально напоил меня! Да, а где Ольга? Мы же вместе с ней ужинали». Она подошла к их номеру, постучала. Послышался сонный голос подруги:
— Иду!
Прошлёпали лёгкие шаги, дверь распахнулась. Ольга, сонно взглянула на подругу, ничего не говоря, пошла к своей кровати, сразу же нырнула под одеяло, мгновенно заснув.
— Оля! Оля! Да хватит тебе храпеть! Что со мной было? Я ничего не помню!
Ольга отбросила одеяло, села, обхватив колени руками:
— Нахрюкалась, вот ничего и не помнишь! Пить меньше надо!
— Как так получилось? Я же раньше никогда не напивалась, — Виктория скинула туфли на шпильке, платье, надела полупрозрачный халатик и рухнула на кровать, положив руки под голову и уставившись в потолок. — Ничего не помню! Стыдно-то как! Хоть до самого конца отдыха не выходить из отеля, чтобы не попадаться на глаза этому арабу.