Какой-то час назад мне это показалось бы диким. Ну да, я выдала себе карт-бланш на короткий курортный роман, яркий и экзотический, как эти коктейли. Такой же пряный и пьянящий. Но точно не на дабл. И вдруг внезапно допустила другой вариант. Коктейли повлияли? Или вот этот двойной напор?
- Кэт, ты разобралась со своими рекламными делами? – спросил Борис по-русски, что тут же вызвало протест Макса, заявившего, что некрасиво в компании говорить на языке, которого кто-то не понимает.
Я перевела и ответила Борису, уже по-английски, что рекламщиков не дождалась и оставила им свой номер телефона.
- Кэтрин, так ты модель? – воскликнул Макс, буквально облизывая меня взглядом с ног до головы.
- Нет, - рассмеялась я. – Всего лишь журналист. Но выиграла этот круиз в лотерею и теперь должна сняться в рекламе.
- Co-o-ol*!!! Я хочу это увидеть.
- Ну я не знаю, разрешат или нет. Я вообще ничего пока не знаю. Должна была после ужина встретиться со своими боссами, но не застала.
Борис покосился на Макса свирепо, видимо, разозлившись, что не он первый это придумал: понаблюдать за съемками.
- Завтра стоянка в Брунее, - Макс уже перескочил на другую тему. – В расписании экскурсия по городу. Там есть какая-то знаменитая мечеть, которую надо обязательно увидеть. И дворец султана, но туда туристов пускают только в конце Рамадана. Кэтрин, поедешь?
Я бы, конечно, поехала, но вот как растянуть свои жалкие оставшиеся баксы на весь круиз?
- Видишь ли, Макс, - с затяжечкой начал Борис довольно противным голосом, - у Кэт на пересадке отстал багаж, и ей пришлось покупать новые вещи. Боюсь, она не сможет себе позволить экскурсии, если только…
Это был очень жирный намек: кто девушку ужинает, тот ее и танцует, так что отвали в пень. Но Макс, вполне по принципу айкидо, обернул этот выпад против него же:
- Какая неприятность! Разумеется, мы должны помочь Кэтрин. За удовольствие находиться в обществе очаровательной девушки не жалко заплатить. Предлагаю делать это по очереди.
- Окей, Макс, - Борис прищурился и выкинул джокера, повторив его слова: - Пусть выбирает Кэт. Из нас.
Мальчики, а ничего, что я здесь? Не умерла, не оглохла. Хотя… пожалуй, так даже к лучшему. Все точечки куда надо расставлены.
- Договорились, - я посмотрела на них по очереди. – Но чтобы потом никаких обид и претензий, ясно?
Ответить они не успели, потому что ожил мой телефон. Раздраженный мужской голос потребовал, чтобы я немедленно пришла в ту самую каюту десять-двенадцать.
- А завтра нельзя? – закапризничала я.
Мне популярно объяснили, что завтра утром, сразу после завтрака, мы должны начать съемки, чтобы закончить до захода в порт.
- Прошу прощения, но мне придется уйти, - сказала я, слезая с табурета. – До завтра.
Макс с Борисом решили еще посидть. Оставалось только надеяться, что они не надерутся слишком сильно и не подерутся.
На мой стук отозвался тот же голос, который я слышала по телефону. Он принадлежал мужчине лет сорока, производившего впечатление лица со смазанной ориентацией. Представившись Григорием, режиссером и продюсером в одном флаконе, он скупо описал, чем мы будем заниматься.
В течение всего круиза нам предстояло снять несколько роликов для турагентства, предоставившего путевку, для косметической фирмы, проводившей розыгрыш призов, и для известного маркетплейса. Вручив мне папку со сценариями, он сказал, что я должна все это изучить, продумать и, по возможности, запомнить слова.
- Звук будем писать потом, в постпродакшн, но говорить вам все равно придется, чтобы текст совпадал с губами.
Пиарщик и продажник громко вопили во мне и топали ногами, не понимая, в чем смысл этой рекламы, которая, учитывая стоимость круиза, должна была получиться даже не золотой, а бриллиантовой. Спрашивать режиссера я не рискнула, но решила завтра же расспросить Бориса, который, будучи продюсером, должен был в этом разбираться.
В конце концов, это не моя забота считать, кто какие деньги заработал, заплатил или украл. Мне все равно достанется по минимуму – как непрофессионалу без опыта съемок в рекламе. Может, в этом все и дело? Ведь известной медийной персоне пришлось бы заплатить разиков этак в десять побольше, чем мне.
Чтобы добраться до лифтов, я должна была пройти либо по внутреннему коридору, либо по открытой части палубы. Лайнер сверкал огнями, откуда-то доносилась музыка, люди отрывались вовсю. Пойти к себе в каюту и лечь спать показалось вдруг страшно обидным. Как будто за что-то наказали и жизнь проходит мимо.