Спустившись – пешком! – на свою палубу, я вышла с лестницы на площадку у лифтов и даже не удивилась, когда увидела в холле Макса с Борисом. Похоже, этот круиз вообще отучит меня чему-либо удивляться. Нырнуть обратно не успела.
- Кэт, где ты ходишь? – ломанулся навстречу Борис.
- Я должна отчитываться? – огрызнулась, готовая разреветься от досады. Ну правда, что за паскудство такое?
- Мы беспокоимся, - улыбнулся Макс в стиле «ну-ка, харя, громче тресни».
Ну надо же, а ведь сначала мне показалось, что он обаятельный. Или обещанный ящик шоколада так глаза застил? Знаю я, чего вы вдруг забеспокоились. Что у вас появился успешный конкурент. И вряд ли дело только в моем прекрасном теле, уплывающем из-под носа. Бабло уплывает – вот же обида!
Что должно было произойти по закону подлого жанра? Именно это и произошло: из коридора показался Ник, который, видимо, спустился с другой стороны и с таким же успехом, как и я, поцеловал дверь каюты. Посмотрел на нашу живописную компанию, хмыкнул и зашел в лифт, который как раз кого-то привез.
Полный абзац!
- Кэтрин, а ты не с этим парнем вчера из бара ушла? – ехидно поинтересовался Макс.
Вот тут-то меня и психануло.
- А не пошли бы вы оба на хер! – энергично предложила по-русски, а чтобы не переводить, дополнила международным факом с помощью среднего пальца. Развернулась и двинула к себе. Очень быстро, почти бегом.
Опомнились они не сразу, и это дало мне немного форы. Дверь каюты я захлопнула у них перед носом.
- Кать, а в чем дело вообще? – обиженно спросил Борис, тоже по-русски.
Я чуть было не ответила, но в последний момент сдержалась. Вы мне всю малину сломали, а я вас вот просто так пошлю и все? Ну нет, голубчики.
- Пэ. Мэ. Эс, - ответила четко и раздельно, самым мерзейшим тоном.
Переведи своему дружку, Борюся. Пусть вам еще одной заботушки добавится – что у Кати не только характер гнусный, но и всякие физиологические гадости вот-вот могут приключиться. На самом деле нет, хоть тут повезло, но вам об этом знать ни к чему.
Потоптавшись немного под дверью, они ушли: видимо, обсуждать новое осложнение сюжета. А я задумалась, как быть дальше с Ником.
Так, ладно. Обидно, досадно, но никакой драмы пока не произошло. Во всяком случае, я знала, где его искать. Хотела пойти прямо сейчас – ну да, как цапля с журавлем, - но решила сначала немного зарядить телефон, без которого даже в океане как без головы.
Кратенько описала свои приключения Вике, а поскольку та была не в сети, погуглила заодно лифтофобию. Википедия выдала огромный список всевозможных страхов, там была даже фобофобия – боязнь фобий. А вот отдельной боязни лифтов не нашлось. И тут сплошной обман! Ну как так? Жопа есть – а слова нет?
По радио между тем объявили, что прибытие в Порт-Морсби ожидается в пятнадцать часов по корабельному времени, сразу после окончания обеда второй смены. Стоянка шесть часов, автобусы на экскурсию будут ждать на выходе из морвокзала.
С Ником желательно было объясниться до того, как сойдем на берег. И обсудить стратегию: будем ли дуремарить мою свиту до конца или все-таки отправим лесом.
Телефон мигнул, извещая, что зарядился, я кинула его в кросс-боди и снова поднялась на восьмую палубу. На этот раз пешком. На стук никто не отозвался, зато открылась дверь соседней каюты.
- Вы ищите Ника? – спросила по-английски блондинка лет тридцати. Кажется, я видела ее в ресторане, когда пряталась за пальмой.
- Да, - кивнула я, поежившись от ее изучающего взгляда.
- Он в бильярдной. На пятой палубе. Был, во всяком случае.
Поблагодарив, я задумалась, что делать. Бильярд – это интересно. В бильярд я играла, и очень даже неплохо. Пойти, может, навалять ему? Или, наоборот, проиграть?
Все так же по лестнице я спустилась на пятый этаж, посмотрела на схеме, где бильярдная, и пошла туда. Остановилась на пороге, огляделась.
В довольно просторном помещении, отделанном с помпезной роскошью, стояли шесть столов. Судя по лузам и шарам, играли там в пул и снукер. У нас на даче был стол для русского бильярда, его я любила больше всего, но могла и в остальные. Ник играл с каким-то толстым мужиком в снукер и, похоже, выигрывал. Заметил меня, удивленно приподнял брови, но ничего не сказал.
Силы явно были неравными. Противник Ника без конца фолил, я даже засекла позорный «пропих», когда кий, словно прилипнув, потянулся вслед за битком. Наконец Ник загнал розовый шар и объявил гейм: видимо, разница в очках была слишком большой, забивать черный не имело смысла.
- May I*? – спросила я, подойдя ближе.