Если я хочу правильно подавать себя в кадре, этому надо учиться. Подумав, я поняла, что учиться не хочу. Именно этому – точно не хочу. Решила, что закончится круиз – закончится и мое участие в рекламном бизнесе. Получу какие-то денежки и распрощаюсь. Даже немного настроение поднялось, и на Гришины вопли я стала реагировать не так остро.
Закончили, когда моя ресторанная смена уже началась. Проглотив обед, как удав, я поспешила уйти, пока Макс еще сидел за столом. Вряд ли он захотел бы продолжить вчерашний разговор, но сталкиваться с ним все равно не тянуло. Для моциона сделала кружок по палубе и устроилась под зонтиком в маленьком солярии, написав Нику, где я.
Вчера я надеялась, что за ночь муть осядет, но она, кажется, стала еще гуще.
Да, Катя, не умеешь, не надо было и затеваться. Курортный роман такая вещь, что он только здесь и сейчас, а все, что находится за этими рамками… в общем, оно там и находится. За рамками. И если ты не можешь их четко установить, то лучше поставить точку, чтобы не портить оставшиеся дни ни себе, ни ему.
Я так закопалась в эти невеселые мысли, что даже не заметила, как подошел Ник. Наклонился, поцеловал.
- Греешься?
- Релакс, - притворилась, что дремлю, чтобы не смотреть на него. – Если не шторм, то круиз – это действительно кайф. Океан, небо, солнце… Все лишнее из головы выметает. Как метлой.
На самом деле это было далеко не так. Мыслей накидалась… полна коробушка, и никакой бриз с ними справиться не мог. Или как там называется ветер, который в открытом море?
Ник подтащил свободный шезлонг поближе, устроился рядом. Нашел мою руку, сжал. Кажется, ему тоже не слишком хотелось разговаривать.
Походу, белое пальтецо проросло в меня сквозь кожу. Оно царапало пуговицами, душило воротником, хлопало по попе хлястиком и требовало сказать Нику, что он свинья. Что прежде чем трахаться со мной, он, как порядочный человек, должен был позвонить своей Иванке – да, вот прямо с лайнера! – и сказать, что между ними все кончено. Не хватало только табуреточки. Без табуреточки эта речь получилась бы не такой пафосной. Шезлонг не годился, потому что был слишком шатким. Сверзиться и свернуть себе шею стало бы апофеозом моей феерической непрухи.
Вчера я заявила Максу: он сожалеет не о том, что спорил с Борисом, а о том, что мне стало об этом известно. Если поскрести ногтиком, я мало чем от него отличалась, поскольку сожалела лишь о том, что узнала о наличии этой самой несчастной Иванки. До того момента меня абсолютно не парило, есть ли у Ника жена, дети или хотя бы подруга, а теперь грызло наличие девушки, с которой он, если разобраться, одной ногой уже расстался. Потому что «встали на паузу, чтобы подумать» практически всегда означает отсроченный разрыв.
Если бы все люди были идеальными и поступали только так, как надо, это был бы идеальный мир. Но вот беда, каждый хочет, чтобы идеальным был кто-то другой. А я? Я сложный, противоречивый… живой, в общем. Не глянцевая картинка ни разу. Мне простительно. Я ведь не такой, как все эти прочие.
А Нику сейчас, возможно, в разы хреновее, чем мне. Иначе он не признался бы. Хотя смысла в этом было ноль или даже меньше. Зачем, если через несколько дней мы все равно расстанемся?
Я не просто подумала об этом, а словно увидела эту фразу – жирно напечатанную на листе бумаги и подчеркнутую неоновым маркером.
Через несколько дней мы расстанемся…
- Пойдем? – я встала и потянула его за футболку.
Объяснять, куда и зачем пойдем, не понадобилось. Только в лифте я опередила Ника и нажала кнопку своего этажа. Запомнила, что блондинка в соседней каюте. По моему еврейскому счастью, мы непременно с ней столкнулись бы. Вроде бы какая теперь разница? Но все равно не хотелось.
Позавчера и вчера я не думала об этом – что скоро все закончится. Мне просто было хорошо с ним. Летом не думаешь, что скоро начнется осень, потом зима. Радуешься теплу и солнцу. Но эта нотка полынной осенней горечи странным образом обострила все ощущения. Да, еще не последний раз – но один из последних…
Уже потом я лежала, положив голову Нику на грудь, в приятной звенящей истоме, и думала о том, что, наверно, несправедлива к своим манагерам. Все-таки они старались. Сделали все, чтобы я запомнила этот круиз на всю жизнь. А что не получилось идеально… может, так и было задумано?
- Твои друзья, наверно, тебя совсем потеряли? – я поерзала, устраиваясь поудобнее, хотя на узкой кровати это было проблематично.
- Ничего, как-нибудь переживут. Еще тысячу раз друг другу успеем надоесть.