Ещё раз вздохнув, она закрыла сумку. Пусть мечты будут в мечтах. И всё же… Непрошенные слёзы навернулись на глаза.
- Почему такая милая девушка грустит одна? – вдруг услышала она у своего уха.
Подняв глаза, она испытала шок: над ней, склонившись к креслу, стоял потрясающий молодой мужчина. Слегка вьющиеся каштановые волосы были уложены в аккуратную причёску, глаза, менявшие цвет с серого на зелёный и обратно (совсем как у нее – подумала Ольга. Только её глаза от огорчений и слёз давно уже стали светло-серыми, какими-то белёсыми), прямой нос – не толстый и не тонкий: в самый раз, и губы – не пухлые, как у сластолюбца, но и не тонкие, как у аскета. И подбородок с ямочкой. А всё вместе – привлекательный красавец с еле уловимым запахом дорогого парфюма. И всё это обращалось к ней.
Придя в себя, она осознала, что он что-то спросил.
- Прошу прощения, - застенчиво сказала она, неловко улыбнувшись. – Я думала о своём и не расслышала ваши слова.
Молодой мужчина улыбнулся, став ещё более привлекательным, и сел на свободное пока кресло.
- Я спросил, почему столь милая девушка грустит в одиночестве?
Ольга уже хотела сказать что-то мало значащее и нелепое, чтобы продолжить ненавязчивый флирт. Но тут, как всегда не вовремя, вмешался разум. Ты себя давно в зеркало видела? – вопросил он. А сегодня? Ты вообще даже накраситься не успела. Хорошо, волосы короткие – возни мало. И ты думаешь, зачем этот лощеный красавчик к тебе прицепился? Наверняка поспорил с друзьями, что разведёт провинциальную курицу на секс в кабинке туалета.
Она быстро обежала глазами салон и заметила явно заинтересованные лица двух мужчин дальше, в соседнем ряду. Она мило улыбнулась красавчику, и из внешнего кармашка сумочки достала блокнот и ручку. «Вашим друзьям, видимо, интересно, как у вас движутся дела», - быстро нацарапала она и перевернула страницу. – «В туалете через минуту, - написала она на обороте. Взглянув на него, ненавязчиво перекрывшего проход, добавила: - Вы первый». Затем, так же улыбаясь, она подала ему записку. Тот с недоумением её прочёл и быстро невольно оглянулся на своих товарищей, подтвердив предположение Ольги. Затем встал, смял записку, положил её в карман и пошёл к туалету. Ольга сложила блокнот и ручку и достала шокер, взвесив его в руке. Её первая поездка за границу, да ещё одной, можно сказать, в никуда, в неизвестность – шокер должен быть под рукой. Маленький, чуть толще авторучки, он удобно ложился в руку и мог отбить всякое нескромное желание надоедать ей.
Спрятав его в карман пиджака, она встала, одёрнула блузку и направилась в туалет.
Дверь была приглашающе приоткрыта. Она зашла и тут же закрыла её на замок. Затем, нащупала в кармане шокер, на всякий случай.
- Ну, а теперь скажите мне, - начала она, повернувшись. – Зачем вам надо было устраивать пари на дурнушку?
Молодой мужчина, потянувшийся было к ней, удивлённо остановился. А затем надменно спросил:
- А почему бы и нет? Тебе в твоей серой жизни ни разу не выпадала такая удача!
Ольга изумлённо смотрела на него. Он и впрямь считает себя подарком судьбы для любой женщины? Что за самомнение!
Она громко и заразительно рассмеялась. Он невольно засмеялся тоже.
- Ой, ну ты даёшь! – отсмеявшись и утерев глаза, сказала она. – У меня таких удач было, как грибов в дождливую погоду.
Ольга немного лукавила. Да, у неё недостатка в парнях не было. Но все они видели в ней друга. Друга, с которым можно по-дружески переспать. Её неправильное лицо с резкими чертами и прямой взгляд вызывали мысли, что, если ты ей дашь ружьё, она без намёков и лишних слов прикроет тебе спину, в палатке уступит место, а на стремнине спокойно будет править плотом, пока ты вылавливаешь запаниковавших истеричек. А романтика – как-то с ней не вязалась. И сейчас в свои тридцать пять лет с фигурой двадцатипятилетней, если не видеть её лица, на котором годы и разочарования оставили следы, прибавляя ещё года два, она могла вызывать вожделение, патриотический подъем, воинственную гордость и энтузиазм. Но никак не романтические грёзы.
- Смири гордыню, - сказала она красавчику, прикоснувшись пальцем к лацкану его пиджака. – Ты не в моём вкусе.
- Но ты же хотела меня, когда я с тобой говорил! – не уступал обиженный красавец.
- Я была удивлена, увидеть столь… своеобразную внешность у своего лица. Но если бы я потеряла от тебя голову, я бы не стала высматривать твоих друзей.