Ольга вошла внутрь, оглядывая комнату и что-то мурлыча себе под нос. Алексей остался на пороге.
- А ты? – спросила Ольга, обернувшись к нему.
- А мне надо поработать, - с заметным разочарованием сказал Алексей. – У меня к новому диску ещё нет музыки. Есть несколько стихов, которые надо привести в порядок, но музыку я еще не придумал. И нет вдохновения и желания её сочинять. – Он помолчал, глядя на неё. – Пока не было. Моя студия в одной из башен.
Он повернулся, чтобы уйти.
- Алексей, я прошу, - Ольга робко дотронулась до его руки. – Я прошу, побудь со мной.
Он повернулся к ней.
- Не то, чтобы я хотела… - Она кивнула на кровать, зардевшись. – Просто посиди со мной.
Он кивнул и вежливо отвернулся, подождав, пока она скинет одежду, хотя очень хотел посмотреть, на каких местах и какие именно у неё татуировки. Затем сел к ней на кровать, опёршись спиной о стену. Ольга тихо засыпала, держа его руку у своей щеки. Алексей сидел и смотрел на неё, поглаживая ей волосы.
Когда она заснула, он тихонько высвободил руку и бесшумно поднялся. Глядя на пустое место рядом с нею, он мучительно прикрыл глаза. Нет, он так не может с ней поступить. Она поверила ему – доверилась. Не животное же он.
Чтобы избежать соблазна, он быстро вышел, погасив свет.
Закрыв дверь, он опёрся о неё спиной. Что за женщина! Что она с ним делает! Даже спящая она вызывает в нём такие чувства, противоречивые и мучительные.
Оттолкнувшись от двери, он поднялся по лестнице в свою студию. Однако сесть за синтезатор или гитару он не мог. Он взял ручку, бумагу и стал что-то писать. Он писал долго. Так его застало утро: на потёртом диване с ручкой в руках и россыпью листов бумаги вокруг.
[1] Слова М. Пушкиной для песни группы «Ария» «Закат».
[2] Слова М. Пушкиной для песни группы «Ария» «Возьми моё сердце».
[3] Слова М. Пушкиной для песни группы «Ария» «Без тебя».
[4] Слова М. Пушкиной для песни группы «Ария» «Дыханье последней любви».
6
Он проснулся, когда лучи утреннего солнца коснулись его глаз. Поморгав, он медленно сел на диване, потирая лицо. Давно он так крепко не спал и не высыпался, давно не просыпался столь отдохнувшим, в хорошем настроении и без головной боли от похмелья. Он улыбнулся. Не напрасно он привёз Ольгу вчера к себе – она благотворно повлияла на него, его вдохновение и его сон. Он огляделся по сторонам, сгребая разбросанные листы в кучу. Вдруг он вскочил – Ольга! Он быстро сошёл вниз и услышал, как кто-то напевает в его кухне. Странно, своей приходящей домработнице он дал отдых на неделю. Он заглянул на кухню.
В мужской, скорее всего, его собственной, рубашке Ольга с мокрыми волосами, делавшими её похожей на взъерошенного воробья, нарезала овощи на столе. На сковородке что-то аппетитно шкворчало, а Ольга, не отвлекаясь на неё от овощей на столе, напевала себе под нос какую-то мелодию. Она помешала деревянной лопаткой в сковородке и подняла на него глаза. Мгновение, и её щёки слегка порозовели.
- Прости, пожалуйста, - смущённо сказала она, схватившись за воротник рубашки. – Я не хотела тебя будить.
- Ты меня не разбудила. Я сам проснулся.
Он прошёл внутрь.
- Надо было принять душ. Мне нечего было одеть, пришлось взять твою рубашку. – Ольга всё ещё в смущении не поднимала глаза.
Он подошёл к ней. Она отстранилась, опасаясь опять потерять голову. Он со вздохом опустился на табурет. Ольга подошла к сковородке и сняла её с огня.
- Я не знаю, что ты любишь, потому приготовила по своему вкусу.
Она положила ему на тарелку поджаренный бекон, яичницу с помидорами, сыром и зеленью, поджаренный тост с запечёнными огурцами, луком и тем же сыром. Рядом поставила салатницу с овощами под майонезом. Потом в большие кружки она налила чай и, метнувшись к холодильнику, достала яблочный сок в большом стеклянном кувшине. Алексей с лёгкой улыбкой смотрел за её действиями.
Наконец Ольга села, нервно вертя в руках вилку. Он мягко взял её за руку, вилка со звоном выпала на стол. Она хотела было убрать руку, но он её задержал в своей ладони.
- Подожди.