Он обнял её голову и положил себе на грудь. Он бы тоже хотел, чтобы всё было иначе. Но не хотел вынуждать её. Хотя вся эта ситуация и приносила боль им обоим. Ольга не могла повесить на него своих детей, уйдя от мужа. Не могла связывать его своей семьёй. Она слишком любила его для этого. Да и дети любили отца, хотя он и был самовлюблённым лентяем с наполеоновскими планами воздушных замков. Ольга не видела выхода. А Алексей был просто рад, что она с ним рядом.
Ближе к часу ночи Алексей проводил Ольгу до дверей её квартиры. Заходить к себе она ему запретила. Муж не давал сделать из квартиры нормальное жильё, превратив её в филиал гаража или мастерской. Как могла Ольга пыталась поддерживать порядок, но, в конце концов, устала бороться и махнула рукой. Она только вытирала пыль, мыла полы и пылесосила бесчисленное количество книг в шкафах, стоявших в одной комнате. Она не хотела подобное показывать любимому человеку. Особенно после его аккуратной квартиры и изящно накрытого им стола сегодня.
Алексей подождал некоторое время после её ухода, затем направился к себе.
Из своих окон он увидел, что в квартире Ольги света нет, только на кухне горит ночник, а Ольга сидит у окна. Он не стал зажигать у себя свет, и через полчаса Ольга погасила свет у себя и ушла из кухни.
5
В это день на работе у Ольги всё валилось из рук. Она не могла ни на чём сосредоточиться. Цифры плясали перед глазами, а эскизы сплетались в цветные пятна. Ольга не могла унять дрожь в руках и путаницу в мыслях.
…Алексей ехал на своём байке по мокрой дороге. Попеременные оттепели и заморозки превратили езду в аттракцион для каскадёра. Алексею надо было проехать всего один квартал до нынешнего своего места встречи, как вдалеке справа он заметил женщину с коляской, которая собиралась переходить дорогу. Слева на перекрёсток вылетел, поворачивая, грузовик с прицепленной фурой. Заметив женщину, он начал резко тормозить, но на скользкой дороге прицепную фуру стало резко заносить. Ещё немного, и она бы раздавила и женщину, и коляску. Алексей прибавил газу и вылетел на встречную полосу, направив байк на фуру. Не доехав до неё, он отпустил мотоцикл, который, не удержавшись на колёсах, упал на бок и, высекая искры из асфальта, покатился под колёса фуры. Отлетев от байка, Алексей столкнулся с грузовиком – головной машиной, которая откинула его в сторону. Налетев на столб неподалёку от женщины с коляской, он остановился. Его тело было изломано и болело. Искорёженный байк, изменивший движение прицепной фуры, валялся в стороне. Вокруг Алексея стали собираться люди. Раздались крики о «скорой». Кто-то снял с него шлем. Алексей тяжело дышал, из угла его рта струйкой текла кровь. Но он вдруг увидел перед собой лицо Ольги. Он знал, что её нет рядом, и не понимал, как она оказалась здесь. Он протянул к ней руку и произнёс её имя. Она печально смотрела на него и ответила «Я с тобой, мой волк, мой молодой бог». Видение не отпускало его даже, когда его уложили в приехавшую машину «скорой».
На работе Ольга заперлась в каморке уборщицы у туалета – единственном месте, где она была одна. Она дрожала с головы до ног, не понимая, что с ней случилось.
Вдруг её тело пронзила резкая боль, и она, согнувшись, села на корточки. Перед её глазами предстал Алексей. Он лежал у какого-то столба на улице и звал её. Вокруг него суетились люди. Ольга не понимала ничего, только судорожно шептала: «Я с тобой, мой волк. Я здесь, мой молодой бог». Она видела, как подъехала «скорая» и его уложили на носилки. Вдруг чернота накрыла её, и она без сознания повалилась на пол.
Придя в себя через четверть часа, она, пошатываясь, пошла к себе в кабинет. Сотрудники, встретившиеся ей, удивлённо смотрели на её почерневшее лицо и опущенные плечи. Руководитель, зайдя к ней, распорядился вызвать ей такси до дома и потребовал от неё, чтобы она по приезде вызвала врача. Почему не в обратном порядке, Ольга не стала спрашивать – ей было всё равно. Если бы её сейчас закапывали живьём, она бы не пошевелилась.
Дома, едва дойдя до кровати, Ольга провалилась в сон без сновидений. Она не услышала, как пришёл сын и старшая дочь. Она не проснулась, когда они её будили, чтобы забрать младшую дочь из садика. Недовольный сын ушёл за ней, проклиная всё на свете, в частности младших сестёр.
Ольга проснулась сама, внезапно и резко от включённого мужем телевизора, где передавались новости. Сюжет как раз рассказывал о смерти популярного рок-певца Алексея Волкова в аварии. Ольга не сводила взгляда с искорёженного байка и одиноко валявшегося на дороге шлема. Слёзы текли по её щекам, но она не замечала их. Один шустрый тинейджер, видевший аварию с самого начала и успевший заснять конец, раздуваясь от гордости, что он в эфире, важно рассказывал, что байкер бросил свой мотоцикл под колёса фуры, когда ту занесло на мамашу с коляской. Ольга сотрясалась от рыданий и не могла успокоиться. Она набросила куртку и ушла в перелесок. Там она ходила по тропинкам вокруг пруда, не обращая внимания на группки молодых людей с бутылками пива, которые пьяно горланили то ли ей, то ли друг другу. Она ходила, пока не замёрзла, по улицам, где они гуляли с Алексеем, и пока не устали ноги. Потом она вернулась домой. Удивительно, но ни муж, ни дети не донимали её.