— М? — Врач поднял брови, затем медленно их опустил. — Что ж, попробуйте, мистер Штайнер. — Он с улыбкой выдохнул и тоже прикрыл глаза. — Попробуйте. Может... мой труп окажется в лесопосадках. А может... ваш. — Стекла очков поблескивали. — Хотя я бы предпочел решить все по-людски. Чтобы никто из нас не стал преступником из-за ревности или обиды. Это не слишком-то достойная причина для смерти. Да и для убийства... тоже.
— Я удивлен, что ты умеешь говорить, не устраивая цирк. — Нейт поправил черный, неформальный пиджак, и скользнул взглядом по наручным часам.
— Взаимно. — Даглас пожал плечами. — У меня есть любимая кофейня напротив консультативной поликлиники. Название, правда, я забыл. — Он озадаченно вскинул брови. На самом деле забыл. — Она там одна, на логотипе чашка кофе с долькой лимона, не заблудитесь. Завтра в девять утра. Вас устроит? А, и на вашем месте… я бы пришел. — Вновь блеснули стекла очков. — Потому что она будет ко мне ходить. Будет. Даже если вы расшибетесь о стену. Так что… поговорим как взрослые люди. И не пугайте больше моих клиентов, здесь хорошая слышимость. Звоните, если неймется, у вас теперь есть мой номер.
— Я не такой дурак, чтобы говорить угрозы в трубку. — Мужчина тихо засмеялся. — Если будет что-нибудь еще, я позвоню. И… не надо делать такое лицо. То, что она разок у тебя переночевала — ничего не значит. У меня она ночует каждый день.
— Да-да, в соседней комнате. Можешь продолжать себя успокаивать. — Врач медленно развернулся, и вновь направился к залу. — До завтра.
Холодное кафе
В холодном кафе не работают кондиционеры. А зачем? и так холодно, да и обогревать нет нужды, клиенты уже приходят в свитерах. На тонких витринах лежали чуть заветренные, но по-прежнему вкусные десерты, угрюмый бариста сверлил взглядом темную барную стойку, пока протирал увесистый стакан. Первый наплыв людей прошел, все, кто хотели взять кофе и завтрак перед работой уже это сделали. Помещение было практически пустым, по темным квадратным деревянным столикам скользили утренние блики. Черные стулья, изумрудные диванчики в белую полоску пустовали. Занят был лишь один столик, у окна, где слегка покачивались прозрачные, декоративные шторки из белой органзы.
Мужчина с длинными волосами в белой, классической рубашке иногда поправлял манжеты черного, льняного, неформального пиджака. Казалось, он чувствовал себя не слишком хорошо, но почему — сложно было сказать сходу. Клиент легко и быстро резал говяжий стейк на белой тарелке, хотя в зрачках не проскальзывало ничего напоминающего аппетит. Равнодушно смотрел на свою чашку с крепким кофе, а после перевел взгляд на своего собеседника.
Тот облюбовал глазами стеклянный заварочный чайник с фруктовым чаем, и маленькую стеклянную кружечку рядом с ним. Смотрел в окно на собственное отражение в бежевом пиджаке из тонкого вельвета, накинутого на такой же тонкий черный свитер. Чуть бликовали тонкие, квадратные очки.
— Майрон Энтони Даглас. — Процедил Нейт. — Пытался поступить на хирургический, но провалился. Затем пошел на физиотерапию. Доктор со странной репутацией: вежливый и добрый, но пациенты, почему-то, от него уходят без объяснения причин.
— О, вы и это обо мне узнали. — Мужчина отпил чай и легко, искренне улыбнулся. — Наверно, частые заказы из мэрии дарят вам неплохие связи. — Он зажмурился. — Ну да, все правда, и что с того? Я не стыжусь своих поражений, мистер Штайнер, они есть у каждого человека.
— Почему от тебя сваливают пациенты? — Нейт сжал зубы.
— Потому что возраст. — Даглас сочувственно пожал плечами. — В физиотерапии чаще всего нуждаются старики. Я работаю с изношенными суставами, восстановленными после операции, с частичным параличом. Люди в возрасте... склонны, бывает, к внезапным сердечным приступам, или инсультам. Склонны... к смерти. Поэтому они, как вы говорите, «исчезают». Все проще, не ищите тут теорий заговора. «Пропавшие» пациенты — часть работы любого физиотерапевта.
— Не могу понять, что она нашла в тебе. — Штайнер прищурился. — Ты такой приторный, что сводит зубы. Такой показательно сладенький, не хватает только розы в зубах.