— Довольно часто люди шутками маскируют зависть. — Штайнер едко улыбнулся. — Полагаю, когда мы с Эммой сойдемся, шутить ты будешь еще лучше.
— Если такое, вдруг, случится, я приму это достойно. Но это не значит, что я закрою для себя этот вопрос. — Майрон прищурился. — Отношения людей такая вещь… сегодня есть, а завтра нет. Ну, вы сами знаете. — Губы разъехались в ухмылке. — Как никто другой. И когда она передумает, я встречу её с распростертыми объятиями.
— Позитивный ты, я смотрю. — Молодой человек оскалился. — Надежда — хорошая вещь.
— Угу, конечно, особенно на твоем фоне. А кстати. — Врач сдвинул брови. — Почему она не здесь? Я думал, если ты пропадешь, она тут же примчится, забеспокоится.
— Я сказал ей, что задержусь на работе. — Лицо Нейта становилось непроницаемым. — Эмма действительно очень переживает.
Даглас сузил глаза. Недоверчиво склонил голову, хотя сам не понимал, почему недоверчиво. Все, вроде бы, логично. Если Фастер предупредили, она не будет волноваться. А еще она действительно очень переживает, но восковое лицо собеседника заставляло напрягаться.
Из приоткрытого окна в блеклый коридор сочился свежий ночной воздух, шумели деревья за стеклом. Забавно, и одновременно грустно доктору встретить своего соперника тут, в больнице, со сломанной ногой. Вроде бы, хотелось искренне предложить палочку, а, вроде бы, хотелось кидаться мрачными шутками насчет сложившийся ситуации.
— Знаешь, я позвоню на ресепшен, узнаю, не звонила ли она. — Даглас вздохнул. — Потому что если звонила, то прибежит сюда ночью. Никому не нужен такой стресс, особенно ей.
— Звони. — Глухо отозвался Штайнер, и лицо становилось отчужденным. Он не мог сказать о том, что потерял телефон в аварии. И не мог признаться, что Фастер даже с ним не ночует больше, поэтому ничего не знает. Просто не мог, и все. — Ей же скажут, что со мной все в порядке, если она позвонит?
— Не думаю. — Физиотерапевт вздохнул. — Считаешь, на ресепшене кому-то есть до кого-то какое-то дело? Их задача ночью — сказать, поступал или не поступал конкретный человек, все на этом.
Нейт напрягся. С горькой усмешкой смотрел на перемотанную ногу, слушал треск тусклых ламп. Быть может, она не дождалась звонка, и просто легла спать, с раздражением швырнув мобильник куда-то в сторону. Быть может, ждала, но не дождалась и принялась звонить повсюду. Значило ли это, что он по-прежнему дорог?
Конечно значило бы. Дорог, как брат.
Врач что-то говорил по телефону, но что конкретно, Штайнер не вслушивался. Провалился в мысли о том, как Эмма сбила бы его с ног, стискивала бы в объятиях своими дрожащими ладошками. А он бы гладил её по голове. Успокаивал бы, и говорил, что все нормально. Что позаказывать пару недель еду не так уж и сложно, а она… может пока вернуться к нему домой. Чтобы поддержать. Морально.
— Она приходила пол часа назад. — С печальным недоумением огласил Даглас, выбив из мыслей своего собеседника. — Я позвоню ей, скажу, что ты в порядке. Наверно места себе не находит.
Нейт медленно поднял брови, затем кивнул и опустил их.
— Спасибо. Дай мне поговорить с ней.
Доктор вновь поднес к лицу телефон, слегка бликовали тонкие стекла прямоугольных очков. Он чуть-чуть подождал, затем гудки резко оборвались.
— Сети, что ли, нет? — Физиотерапевт раздраженно сморщился. — Опять была гроза сегодня?
— Нет. — Штайнер сдвинул брови.
— Тогда я не понимаю, что происходит. Едва проходит первый гудок, и все на этом. — Мужчина прикрыл глаза. — Она либо за городом, либо в лифте, либо в подвале. Либо у нее что-то случилось с телефоном.
— Мне это не нравится. — Нейт заметно напрягся. — Я попрошу… подругу заехать к ней, проверить, все ли нормально… — Он хотел что-то добавить, но тут же осекся, словно раздумывал над потенциалом своей затеи.
— Я сам могу съездить. — Майрон поднял брови, взгляд казался безучастным.
— Нет. — Оборвал Штайнер.
— Тогда можем съездить с вами вдвоем, у меня машина на парковке. — Врач ухмыльнулся. — Думаете, я займу вашу кровать, пока вас нет? Не займу, у меня своя есть.
— В этом нет никакого смысла. — Молодой человек стиснул зубы. — Эмма сегодня у меня не ночует. Уехала… в квартиру к маме. Хотела побыть одна.
— Вот оно как. — Даглас медленно раскрыл глаза. — Она когда-то говорила мне адрес, но, если честно, я не записал. Не думал, что он может пригодиться, не думал, что её туда вообще пустят.
— Пустили. У меня тоже нет адреса.
— Остается только ждать утра, чтобы позвонить её адвокату, которой разыскал эту квартиру, чтобы узнать адрес, и только тогда можно будет съездить. — Доктор вздохнул. — Только так. И нет, номера адвоката у меня нет, просто мисс Фастер, мельком, рассказывала, в какую контору обращалась. Полагаю, нас свяжут с тем, с кем она работает.