Нужно что-то большее. Может умение слышать друг друга, готовность меняться, желание строить общее будущее. А у нас сейчас как будто две параллельные жизни, которые иногда пересекаются в пространстве этой квартиры.
Глава 12. Лея
В окно такси московские огни расплываются от непрошеных слез. Пытаюсь сдержаться – не хочу, чтобы Арс видел, как я плачу. Снова. Хотя он и так все понимает, молча держит мою руку, поглаживая большим пальцем.
Отказано в выдаче визы – эти слова до сих пор стоят перед глазами. Три простых слова, перечеркнувшие все наши планы, все мечты. Собеседование длится семь минут. Всего семь минут, чтобы перечеркнуть все. На данный момент для меня это катастрофа. Такое ощущение, что мои мечты сначала одну руку протягивают, а другой забирают. Я столько раз представляла, как мы гуляем по Таймс-сквер, как едим хот-доги в Центральном парке, как делаем селфи на фоне небоскребов... А теперь что? Арс получил визу, а я... Я застряла в своей обиде на несправедливость жизни. И я очень боюсь ответа на вопрос: поедет ли он без меня.
– На ВДНХ поедем, – говорит Арс и я удивленно поворачиваюсь к нему.
– Зачем? Уже поздно, я устала, давай домой...
Я хочу отказаться, хочу уехать домой, завернуться в плед и жалеть себя.
– Нет уж, поедем кататься на коньках. Давай, Лей, улыбнись, нам нужно развеяться, – он притягивает меня к себе, целует в висок.
– Арс, я не в настроении...
– Именно поэтому мы и едем кататься.
Молча соглашаюсь и в этот момент четко осознаю зависимость своей жизни от этого человека. Я не могу сказать "нет" и поехать домой, потому что дом – это его квартира. К чему показывать свои капризы? Я сама себя сейчас раздражаю. Столько вопросов, обид и несказанных слов…
ВДНХ встречает нас праздничной иллюминацией. Несмотря на будний день, здесь много людей – катаются на коньках, пьют горячий шоколад, смеются. У всех свои истории, свои радости и печали, но сейчас все кажутся такими беззаботными.
– Я никуда не поеду без тебя, – вдруг говорит Арс, помогая мне зашнуровать коньки.
– Что?
– В Штаты. Не поеду без тебя.
– Не говори глупостей.
– Это должно было быть наше путешествие. Это твоя мечта.
Не продолжаю этот диалог. Не могу просто. Внутри пустота, обида, тяжесть.
Встаю на коньки, делаю первый неуверенный шаг на лед. Арс держит меня за руку, и я чувствую его тепло даже через перчатки. Мы начинаем медленно скользить по льду. Я давно не каталась, но тело помнит движения. Шаг, толчок, скольжение. Как в жизни – иногда нужно просто двигаться вперед, даже если страшно упасть.
Мы делаем еще один круг по катку. Я уже увереннее держусь на коньках, даже пробую сделать несколько самостоятельных шагов. Арс не отпускает мою руку, но дает возможность двигаться в своем темпе.
– Хочешь горячего шоколада? – спрашивает Арс после катания, когда мы сдаем коньки.
В маленьком кафе тепло и уютно. Грею руки о чашку, смотрю на пар, поднимающийся над напитком.
– Лея, не расстраивайся, – осторожно начинает Арс. Подадим через полгода снова...
– Не расстраивайся? – я чувствую, как внутри поднимается волна раздражения. – Ты же знаешь, как много это для меня значило!
– Знаю, но это не конец света. Есть другие страны, другие...
– Не надо меня утешать! – перебиваю я. – Ты никогда не понимал, насколько это важно для меня. Для тебя это просто очередное путешествие, а для меня – мечта всей жизни! И тебе дали визу, а мне нет!
Арс молчит, отодвигает свою чашку. Я вижу, как желваки ходят на его скулах.
– Ты несправедлива, – наконец говорит он тихо. – Я всё понимаю, что тебе неприятно. Я повторю: я не поеду без тебя и мне тоже за тебя обидно. Но если ты хочешь злиться – злись. Только не на меня.
Мне становится стыдно. Он прав, конечно. Это не его вина. Просто обида и разочарование ищут выход, а он – самая близкая мишень.
– Прости, – шепчу я, протягивая руку через стол.
Он переплетает свои пальцы с моими, и я чувствую, как напряжение медленно отпускает. Просто сейчас больно, и нужно время, чтобы эта боль утихла.
– Знаешь что? – говорит вдруг Арс. – Давай сегодня останемся в Москве. Без планов, без целей. Просто ты и я.