А потом достала блокнот и начала писать список. Что ей надо сделать, чтобы дожить до момента, когда позвонят из дома матери и ребёнка. Как продержаться. Как не сломаться.
Первый пункт: перестать жалеть себя.
Второй: найти силы.
Третий: поверить, что всё будет хорошо.
София посмотрела на список и улыбнулась сквозь слёзы.
Может, и правда будет.
Глава 10 Сквозь боль
София подняла глаза от ноутбука. Буквы расплывались. Несколько часов подряд она пыталась дописать главу о защите прав несовершеннолетних в семейных спорах.
Голова раскалывалась. Спина ныла.
Она положила руку на живот.
— Соф, может хватит?— Настя, волонтёр из центра, присела рядом.— Ты уже пять часов тут сидишь. Нужно отдохнуть.
— Не могу, — София выдавила улыбку. — Мне сдавать черновик научнику. А у меня ещё две главы не готовы.
— Сделай хотя бы перерыв.
— Сейчас, вот только этот абзац, свяжу мысль — пробормотала София. — Мне нужен этот диплом. Чтобы найти работу. Чтобы обеспечить ребёнка.
Настя вздохнула, но спорить не стала.
София лежала в узкой кровати, уставившись в потолок. Из соседней комнаты доносились голоса. Кто-то плакал. Кто-то говорил по телефону.
Жизнь в кризисном центре. Жизнь на паузе. Временная. Неустойчивая.
София провела рукой по животу.
— Привет, малыш, — прошептала она.— Знаешь, мама очень устала. Но мы справимся. Мама закончит университет. Найдёт работу. Снимем квартиру. Нормальную. С твоей комнатой. Обещаю.
Слёзы покатились по щекам. София вытерла их.
Нельзя плакать. Нельзя сдаваться.
Через три дня. Консультация с научным руководителем.
— София, вы уверены, что справитесь?— профессор Александр Михайлович смотрел на неё с беспокойством.— Я знаю о вашей ситуации. Могу дать отсрочку.
— Нет,— София выпрямилась, хотя спина протестовала болью.— Черновик будет готов к пятнице. Я защищаюсь в мае.
— София, я уважаю вашу целеустремлённость. Но ваше здоровье...
— Всё в порядке, — перебила она— Я справлюсь.
Профессор изучал её лицо — бледное, с тёмными кругами под глазами, скулы обострились.
— Ваша тема диплома — защита прав детей в семейных спорах. Очень личная тема, я полагаю?
София кивнула.
— Хорошо. Жду черновик в пятницу.
Через неделю. Библиотека.
София была одна в читальном зале. Охранник уже намекал, что скоро закрытие.
Глава пятая. Судебная практика по делам о лишении родительских прав. Последний раздел.
Пальцы едва двигались. Руки тряслись. Перед глазами плыло.
Резкая боль внизу живота заставила её замереть.
Секунда. Две. Боль не отпускала.
София сжала край стола. Дышала медленно. Глубоко.
Страх накрыл с головой. Ледяной. Парализующий.
— Нет, --- прошептала она.— Пожалуйста, нет. Не сейчас.
Боль отпустила. Медленно.
София закрыла ноутбук дрожащими руками.
— Хватит на сегодня, — сказала она вслух.
Она собрала вещи в рюкзак, надела ветровку, натянула капюшон на голову и шагнула навстречу весеннему дождю.
Утром София проснулась в одиннадцать. Голова раскалывалась. Тело налилось свинцом.
Попыталась встать — закружилась голова. Села обратно.
— Я так устала, — всхлипнула она.— Я больше не могу. Я не справляюсь.
Слезы потекли не потоком, а тихо, беззвучно, бесконечно. Они текли по вискам и растворялись в волосах, оставляя на подушке холодные пятна. За окном новый день и он нес одно — необходимость дышать. А это казалось самой непосильной задачей на свете.
Две недели спустя.
София сдала черновик диплома. Александр Михайлович одобрил. Даже похвалил.
Защита назначена на 18 мая.
София лежала на кровати в своей комнате. Из коридора доносились голоса. Обычная жизнь центра.
— Мы справились, малыш, — прошептала София.— Диплом почти готов. Осталось защититься. И тогда у нас будет шанс. На нормальную жизнь.
Она устала. Безумно. Всем существом.
Но она не сдалась.
18 мая. День защиты.
София вышла к комиссии.
Голос дрожал. Руки тоже. Но она знала свою тему. Она вложила в этот диплом всю боль. Весь опыт. Всё, что пережила.
— Защита прав детей в семейных конфликтах. Актуальная проблема современного общества.
Двадцать минут доклада. Вопросы. Ответы.
Один из членов комиссии спросил:
— София, почему вы выбрали именно эту тему?
София замерла. Потом ответила честно:
— Потому что я сама ребёнок, чьи права не защитили. Потому что я хочу, чтобы мой ребёнок жил в стране, где закон защищает слабых. А не сильных.