Лиза взяла её за руку.
— Соня, ты не можешь жить в страхе всю жизнь. Да, он может уйти. Может случиться что-то плохое. Но может и не случиться. Может быть счастье. Настоящее. Ты имеешь на него право.
— Я не уверена.
— Он хороший?
— Да. Очень.
— Тогда попробуй.
Через два месяца после их первой встречи Михаил пригласил её на ужин. Не в кофейню — в ресторан. Настоящее свидание.
София нервничала весь день. Переодевалась три раза. В итоге надела простое чёрное платье — элегантное, строгое.
Михаил встретил её у входа в ресторан. В костюме, с букетом белых роз.
— Ты прекрасно выглядишь, — сказал он, протягивая цветы.
— Спасибо. — София взяла букет, и руки дрожали.
За ужином они говорили обо всём и ни о чём. Михаил был внимателен, но не навязчив. Шутил, но не пошло. Интересовался её мнением, слушал по-настоящему.
И вдруг, посреди десерта, спросил:
— София, я хотел бы узнать... У тебя есть семья? Родители?
Она застыла с ложкой на весу.
— Формально да. Но мы не общаемся одиннадцать лет.
— Из-за Алисы?
— Нет. Ещё раньше. Я ушла из дома, ради мужчины, который потом меня бросил. Мать сказала: «Уйдёшь — не возвращайся». Я ушла. И не вернулась.
Михаил помолчал.
— А ты хотела бы вернуться? Восстановить контакт?
София поставила ложку.
— Не знаю. Я... Я всё ещё злюсь на них. За то, что они меня не видели. Не замечали. Любили брата, а меня — нет. За то, что мать не помогла, когда мне было плохо. За то, что отец молчал всегда. За всё.
— Понимаю. — Михаил взял её руку. — Но знаешь, что я понял после смерти Кати? Жизнь коротка. И мы не знаем, сколько нам осталось. Я жалею, что не сказал ей всего, что хотел. Что не успел. А когда умерла мать... Я понял, что многие обиды были мелкими. Незначительными. А я держался за них годами.
— Мне надо простить их?
— Я хочу сказать, что жизнь слишком коротка для вечных обид. Может, они сожалеют. Может, хотели связаться, но боялись. Может, ждут, что первой придёшь ты. — Он сжал её пальцы. — Я не говорю, что это легко. Но подумай.
София смотрела в его добрые, усталые глаза и понимала — он прав. Одиннадцать лет. Больше десяти лет она не видела родителей. Не знала, живы ли они, здоровы ли. Что с Димой, братом, который помогал ей нести чемодан, когда она уходила.
— Я боюсь, — призналась она. — Боюсь, что они скажут: мы тебя не прощаем. Что не хотят меня видеть.
— А если простили давно? И тоже боятся?
София не ответила. Но всю дорогу домой думала о его словах.
Ночью не спала. Лежала, смотрела в потолок, вспоминала. Маму, которая всегда была занята работой. Отца, который прятался в спальне. Диму, который извинялся перед ней, когда она уходила.
А утром приняла решение.
Глава 20 Возвращение домой
Она узнала, что отец вышел на пенсию, мать всё ещё работала, но уже не так много. Дима женился, родилась дочь, живёт отдельно, но приезжает к родителям каждую неделю.
София и не знала, что делать. Позвонить? Приехать? Написать письмо?
Михаил предложил:
— Начни с брата. Он младше, легче пойдёт на контакт. Через него можно выйти на родителей.
София набрала номер Димы вечером. Руки тряслись так, что пришлось три раза набирать заново.
Гудки. Один. Два. Три. Она уже хотела положить трубку.
— Алло? — ответил мужской голос. Незнакомый и одновременно родной.
— Дима? Это... Это София.
Тишина. Долгая, тягучая. София готовилась услышать гудки отбоя.
— Соня? — Голос дрогнул. — Сестрёнка? Это правда ты?
— Да. Это я.
Дима выдохнул.
— Господи. Одиннадцать лет. Я думал... Я думал, ты никогда не позвонишь.
— Я тоже так думала. Но... Обстоятельства изменились.
— Как ты? Где? Всё в порядке?
Столько искренней заботы в вопросах, что у Софии защемило сердце.
— Да. Я в порядке. Живу здесь, в городе. Работаю юристом. У меня своё агентство.
— Ого. Ты молодец. Я всегда знал, что ты добьёшься всего. — Он помолчал. — Соня, а можно нам встретиться? Мне... Мне очень хочется тебя увидеть.
— Да. Я тоже хочу.
Они встретились на следующий день в кафе. София пришла первой, села у окна, нервничала. Когда вошёл Дима, она едва узнала его.
Высокий, широкоплечий мужчина. Совсем не тот худенький подросток, которого она помнила.
Дима увидел её, и лицо его осветилось. Он подошёл быстро, и София встала.
— Соня.
— Дима.
Он обнял её. Крепко, по-братски. София замерла сначала — не привыкла к объятиям. Но потом ответила. Обняла брата, которого не видела одиннадцать лет.