— Три и трахай себя этими милыми маленькими пальчиками. Растяни себя и приготовься принять мой член. Я хочу услышать, как ты выкрикиваешь моё имя, когда я позволю тебе кончить.
— Нэш… — хнычет Сиси. — Мне нужно... пожалуйста.
Я приподнимаю её подбородок, чтобы она посмотрела на меня.
— Знаю, малышка.
Она кивает, затем всхлипывает, продолжая трахать себя одним пальцем, затем двумя — бесстыдно дико, естественно и чертовски невероятно.
— У тебя отлично получается, — подбадриваю, слыша, как она становится влажной, пока её пальцы работают.
Всего через несколько мгновений я понимаю, что с меня достаточно. Мне нужно попробовать её на вкус.
— Я позволю тебе кончить прямо сейчас. Ты хочешь этого?
— Чёрт возьми, да… пожалуйста, — умоляет Сиси.
Я отвожу её руку в сторону, заменяя крошечные пальчики своими. И не даю ей расслабиться, погружая первые два пальца в тугое влажное тепло и втягивая в рот клитор, постанывая над ней, потому что она, чёрт возьми, самое сладкое, что я когда-либо пробовал. Я вытаскиваю их, затем снова погружаюсь в неё так глубоко, как только могу, и сгибаю их, чтобы помассировать её любимое местечко, не отрывая языка и губ от клитора, пока она, чёрт возьми, неистовствует. Не проходит и минуты, как она извивается подо мной, полностью потеряв над собой контроль.
— Нэш, о боже… — Сиси кричит, когда кончает, пачкая постель и меня.
— Вот и всё, моя сладкая девочка, — бормочу я, когда всё её тело сжимается вокруг меня, но я не останавливаюсь. Продолжаю сосать, лизать и трахать её пальцами, пока она не превращается для меня в стонущий океан, а затем встаю, снимаю с себя остальную одежду и ласкаю головкой члена её тугое лоно.
Я скольжу по ней, любуясь ею, так отчаянно желающей меня. Что даже не думаю о презервативе, я никогда больше не надену его с ней, после того, как почувствовал её без какой-либо прегады.
— Я не против того, чтобы умолять, — выдыхает она.
— Так, блядь, умоляй, — говорю я, вводя в неё дюйм своего члена.
«Чёрт, даже этого достаточно, чтобы добить меня».
— Чёрт, Нэш. Умоляю, трахни меня, — стонет и скулит она.
— Попроси по-хорошему, Сесилия. Скажи «пожалуйста», — лукаво улыбаюсь я.
В её глазах снова появляется огонь, теперь я узнаю его, и мне чертовски нравится.
— Пожалуйста-пожалуйста, трахните меня, мистер Картер, сэр.
Она хлопает ресницами, как милая южная красавица, и я мгновенно уступаю.
У меня не было ни единого грёбаного шанса. Она побеждает.
Я вонзаюсь в эту прекрасную киску, и Сиси выкрикивает моё имя, когда я вступаю в права собственности, как и хотел.
— Слишком… заполнена, — выдыхает она.
Её тело впускает и выпускает меня одновременно, и это чертовски чудесно.
— Нет, детка… — фыркаю я. — Достаточно заполненная. Твоё тело создано для меня. Ты так хорошо принимаешь мой член.
Я вхожу в неё снова и снова, целуя её губы, замедляя темп, наслаждаясь ею, боготворя, предлагая ей нежные, ласкающие движения руками и губами, чтобы противостоять силе, с которой я трахаю её.
Я устраиваюсь между её ног и просто смотрю на неё сверху вниз, глаза закрыты, она стонет и готовится кончить во второй раз. Моя жадная, чёрт возьми, девочка. Руки Сиси скользят по моим волосам и тянут за пряди ровно настолько, чтобы разбудить во мне первобытное возбуждение. Я ищу её рот своим, пока жар и давление пробегают по моим бёдрам и позвоночнику.
Её ритм подо мной без усилий совпадает с моим, и это, блядь, волшебство. Фейерверки и оркестры. Это, блядь, что-то сверхъестественное. Её глаза встречаются с моими, время останавливается, и она улыбается, ломая меня, превращая в лужицу, принадлежащую ей.
— Кончи со мной, малыш, — воркует она, и я оказываюсь в свободном падении.
Её киска сжимается вокруг меня, умоляя о моём освобождении. Её глаза снова закрываются, и я делаю то, чего никогда не делал.
Я тоже закрываю свои.
Я позволил этому случиться, впервые в жизни — просто отпустил себя. Есть только она, когда я растворяюсь в ней, и её имя постоянно слетает с моих губ. Она выжимает из меня всё до последней капли, пока я пытаюсь удержаться на ней и целую её, держа так, словно она якорь, прикрепленный чернилами к моей груди.