— Сиси… — предупреждаю я.
Она не останавливается, руки на бёдрах, от неё прямо исходит вызов. Передо мной встаёт весь её южный характер.
— Нет, правда, мне интересно… Как, по-твоему, выглядит эта ситуация? Как выгляжу я для тебя? Послушная маленькая женщина, которая будет делать всё, что ты скажешь? То, что ты врываешься в мою жизнь, как торнадо, и трахаешь меня, как пещерный человек, не даёт тебе права вести себя подобным образом за пределами спальни.
Что-то в том, как она стоит, в её остром тоне и в желании командовать, моментально делает меня безумно жаждущим её. Вся злость, всё раздражение на себя, на неё и на прошлое испаряются в одну секунду, и мои руки уже обхватывают её тонкую талию, прежде чем она успевает сказать хоть слово, мои губы врезаются в её губы.
Я обезумел от желания заявить на неё права, заставить замолчать её рассуждения о моих чувствах, о нас. Я не говорю, а просто хочу её, и я беру, мать его, своё.
Она отвечает на поцелуй, приоткрывая губы, впуская меня, мой язык завоёвывает её рот. Я прикусываю её губы, челюсть, ухо, жар между нами мог бы сжечь к чёрту весь дом, и это бы меня не остановило. Я продолжал бы, трахал её прямо посреди пламени.
— Прости, что злился на тебя… — шепчу я ей в шею.
— То есть, ты извиняешься за истерику? — уточняет она.
А ведь да, у меня была истерика. Чёрт, она всегда права, и это только сильнее меня заводит.
— Мне нужно услышать эти слова, Нэш.
Я издаю глухой звук, наполовину от раздражения, наполовину от желания, что она во мне пробуждает.
— Прости, что у меня была истерика. Но чтобы ответить на твой вопрос: знаешь, как ты выглядишь, маленький светлячок? Как моя. И я защищаю то, что моё, — шепчу ей в ухо.
Она стонет, запрокидывая голову, открывая мне вид на эту стройную, шёлковую, такую заманчивую шею. И я, как безумец, засовываю руки под её платье, хватаю её упругую попку, пальцы скользят под кружево её почти невесомых стринг. Наши тела сходятся, как два кусочка пазла.
— Чёрт тебя побери, почему ты должен так хорошо ощущаться? — спрашивает она, и я улыбаюсь.
Я тяну её через комнату и сажусь на диван, глядя на неё, расстегивая ремень на джинсах.
Я вижу борьбу в её глазах, желание подойти ко мне и сопротивление этому. Она хочет меня так же сильно, как и я её, и сама до конца не понимает.
Я достаю член и начинаю медленно поглаживать его на её глазах, подзадоривая её. Изумрудные глаза округляются, она прикусывает нижнюю губу.
«Вот так, детка. Ты этого хочешь, ты, мать его, знаешь, что хочешь».
— Да пошёл ты, Нэш, думаешь, я не смогу устоять? — говорит Сиси, грудь тяжело вздымается от желания.
— Именно так я и собираюсь сделать, — ухмыляюсь я. — А теперь будь хорошей девочкой, Рэй. Подойди, подними это тоненькое платьице и сядь на мой член. Туда, где твоё место.
Её дыхание становится прерывистым, губы приоткрыты. Она стоит всего секунду, прежде чем поднять платье и стянуть стринги вниз по бёдрам. Они падают на пол, и она отбрасывает их ногой. Член пульсирует в моей руке, из него уже сочится предсеменная жидкость при виде её.
— Ты не владеешь мной, Нэш, — говорит она самым сексуальным голосом на свете, подходя и закидывая ногу, чтобы оседлать меня, ищет трение для ноющей точки между мягкими, шёлковыми бёдрами.
Я провожу средним пальцем по её уже влажной щёлочке и издаю довольный стон.
— Нет, детка, я не владею тобой. Ты владеешь мной. Так что трахни меня, как умеешь.
— Ладно, но…
Она обрывает себя на полуслове и стонет, когда я упираюсь головкой в её вход.
В её глазах снова загорается огонь, она прижимает губы к моим и опускает свою, созданную для меня, киску на мой член одним непрерывным движением, пока не садится на меня полностью, до упора.
Моя девочка — настоящий чемпион. Она принимает меня всего, как будто рождена для этого.
— Мы ещё не закончили разговор, — выдыхает она, поднимаясь.
В глазах рябит. Такая, блядь, узкая.
Моя голова запрокидывается, я хватаю её мягкие бёдра в крепкий захват и снова опускаю её на себя. Мы оба одновременно издаём звуки желания. Бессмысленно бороться с этим чувством. Я не знаю, кого мы, чёрт возьми, пытаемся обмануть.
— И я бы не хотел, чтобы было иначе, детка, — говорю я, продолжая трахать её, медленно приподнимая и снова насаживая на себя, и она позволяет мне это делать.
Сиси отдаёт мне полный контроль, позволяя себе расслабиться — крошечный акт подчинения, который показывает, что она чувствует ко мне то же, что и я к ней.
«Не говори ей, что любишь её, пока она скачет на твоём члене».