– А сейчас ты так не думаешь? – тихо, чуть ли, не шепотом, спросила Ясна.
– Я не буду тебе говорить, что думаю и чувствую. Это мое личное дело, – спокойно промолвил Амьер, – скажу только одно – у меня нет к тебе ненависти и отвращения. Ты моя жена, другой уже не будет, богиня этого не позволит. Мы с тобой связаны, а если мы будем дальше жить так, как сейчас, то богиня может обидеться, посчитать это плевком в нее.
– Я не понимаю…
– Что ты не понимаешь? Богиня благословила нас, явила нам свою благодать, связала нас в одно целое. Мы должны быть ей благодарны за это и наладить нашу жизнь. Я знаю, что тебе тяжело в замке, поэтому и предлагаю остаться на какое-то время здесь. Конечно, с условием, что ты не будешь делать глупостей, иначе окажешься в замке, может, и в подвале, и уже никогда не попадешь сюда, в княжество.
О, угрозы! Немного раздраженный тон! А то она уже обеспокоилась тем, что он такой разговорчивый и покладистый.
– Хорошо, я с удовольствием останусь здесь. А отца мне можно будет навещать?
– Только вместе со мной, одной тебе запрещено покидать дом. Очень надеюсь на твое благоразумие, иначе…
– Да, да, – закивала головой Ясна, перебив мужа, – иначе я окажусь в каземате, в своей камере.
– Рад, что ты помнишь об этом и осознаешь, чем тебе грозит непослушание.
– О, пыфф, – глубоко вздохнула и выдохнула Ясна, – очень осознаю. И я совсем не против наладить наши отношения. Но мне хотелось бы знать, что ты подразумеваешь под этим.
– Я постараюсь быть сдержанным и более снисходительно относиться к тебе, буду выслушивать тебя, вникать в твои проблемы, решать их, если это будет необходимо, по крайней мере, попытаюсь все это исполнять. Но все же советую не слишком мне досаждать мелкими вопросами, изволь их решать сама. Не жди, что я стану вдруг заглядывать тебе в рот и бежать исполнять любой твой каприз. Этого не будет, меня не переделать. От тебя требуется никогда не отказывать в исполнении супружеских обязанностей в постели, не отталкивать, если мне вздумается, например, поцеловать тебя, подчиняться мне, слушаться во всем, не ждать, что я сам должен догадаться, лучше расскажи, что тебе нужно или что тебя беспокоит. И самое главное – не совершать глупостей. Если очень хочется их сделать, то поделись вначале со мной своими планами.
Ясна удивленно смотрела на мужа. Амьера кто-то подменил! Это не он! А впрочем, если вникнуть, что он говорит, то он прав – его не переделать. Он, возможно, будет стараться, а она обязана делать.
– Не смотри так на меня, – раздраженно попросил Амьер, – я не хочу быть голословным, не всегда будет так, как я обещаю, но я постараюсь быть хорошим, ну или терпимым, мужем. Ты тоже должна приложить усилия.
– Да, конечно. Я тоже постараюсь.
– Нет, ты должна очень стараться.
Амьер наклонился к Ясне, она невольно отпрянула.
– Я же просил, – поморщился Амьер, – не надо так делать.
– Прости, я непроизвольно, постараюсь больше так не делать.
Амьер поцеловал ее в щеку и встал.
– Одевайся, я зайду за тобой через двадцать минут. И еще – дверь между нашими покоями не вздумай закрывать, а я попробую не забывать постучать, перед тем, как войти.
Он ушел, а Ясна еще несколько минут сидела в ступоре, потом опомнилась и кинулась одеваться. А надевать ей, кроме платья, в котором сюда пришла, нечего. А оно мятое, она же в нем уснула, отдавать служанке, чтобы погладила уже некогда. С собой она ничего не взяла, даже этот халат, неизвестно чей, ей принесла служанка, но ее уверили, что он чистый и новый. Что ж, вот первая проблема, которую надо будет озвучить за ужином Амьеру – ей нечего надеть. Ясна рассмеялась – извечная проблема женщин сейчас стояла остро, как никогда. Еще несколько часов назад жизнь казалось ей мрачной и беспросветной. А теперь слабой надеждой забрезжил свет впереди. Может, и дети у них будут?
Амьер пришел ровно через двадцать минут и, о чудо, постучал, прежде чем войти. Правда, не стал ждать отклика, сразу же открыл дверь. Скептически оглядел платье Ясны и высказался, что надо немедленно шить новый гардероб, а завтра утром переправит ее в замок для того, чтобы она взяла одежду на первое время. Но увидев, как побледнела после его слов жена, передумал, сказал, что сам завтра принесет пару платьев. Ясна предложила забрать одежду из ее родного дома, Амьер сказал, что это возможно, но все равно ей нужно немедленно заняться своим внешним видом. У нее должен быть полный набор одежды на все случаи жизни и здесь и в горах, чтобы не приходилось появляться перед мужем в таком виде.
За ужином он был вежлив, предусмотрителен, что настораживало Ясну, все-таки, она не верила ему. С чего он так переменился?