Ясна открыла дверь, ведущую в коридор, и побежала мимо многочисленных дверей, задыхаясь от страха и отчаянья, почти ничего не видя от слез застилающих ей глаза.
Внезапно девушка врезалась в чье-то тело, возникшее у нее на пути, крепкие руки заключили ее в объятия. Первой мыслью было, что ее поймал Аруан, но подняв голову, увидела напряженное лицо Амьера и облегченно завизжала:
– А-а-а, где ты был так долго?!
– Ну, надо же, как быстро ты нас нашел, – услышала Ясна за своей спиной.
Амьер разжал объятия и задвинул девушку за себя. Выглядывая из-за спины мужа, Ясна с ненавистью и торжеством смотрела на Аруана.
– Амье-е-ер, – насмешливо протянул Аруан, – как же ты не вовремя, мы только вошли во вкус игры под названием «Догони меня и я тебе отдамся».
– Что ты городишь, Аруан, – закричала Ясна, выдвигаясь из-за Амьера и становясь с ним рядом, – ты пытался меня принудить, а я убегала.
– Принудить? Разве так выглядят жертвы насилия? Ясна, ты заигралась, хватит.
Амьер молчал и с каким-то непонятым выражениям на лице рассматривал их, переводя взгляд с Аруана на Ясну и обратно.
– Зачем ты пришел, Амьер? – изъяснялся дальше Аруан. – Тебе здесь не рады, нам и без тебя хорошо, мы, наконец-то вместе, как мечтали все то время, что она была с тобой и мы тайно встречались. Совсем недавно, за нашим совместным завтраком, после бурно проведенной ночи Ясна призналась, что ждет ребенка от меня. Представляешь, я скоро стану отцом.
Ясна с ужасом смотрела на Аруана – какой же он гад! Повернувшись к Амьеру, она вцепилась в камзол мужа и с рвущимися наружу злыми слезами отчаянья, прокричала ему в лицо:
– Не верь ему, Амьер, он специально выводит тебя из себя, зная твой взрывной нрав! Я не изменяла тебе, это твой ребенок, клянусь тебе, он лжет! Он похитил меня из обители, притащил сюда против моей воле, я не виновата ни в чем!
Амьер обнял Ясну и прижал к себе.
– Успокойся, не плачь, я верю тебе, – проговорил мужчина, целуя ее в висок.
– Веришь? – с безумной надеждой и облегчением спросила Ясна, заглядывая в глаза мужа.
– Ах, какая душераздирающая сцена! – воскликнул Аруан. – Но где ты был раньше, когда ее похитили и собирались жестоко убить? Я спас ее от ужасной участи, а ты где был в это время?
– Спас? – с холодным удивлением спросил Амьер, прижимая к себе Ясну. – Вначале раскрыл секрет ее нахождения, помог найти, а потом спас? Ты был вхож в семью Леден, знал где находится мать Велеслава и кто она, и это ты предположил, что наших жен прячут у нее, и ты же показал, где может находиться обитель. Без твоей помощи Ясну бы не нашли.
Ясна развернулась в объятиях мужа и с ненавистью посмотрела на Аруана.
– Какой же ты мерзавец, Аруан, – проговорила она, кривясь от отвращения, – я тебя ненавижу.
– Значит, Ясна, ты не будешь возражать, если я его убью? – спросил Амьер, неотрывно глядя на Аруана.
– Что ж, убивай, – побледнев, произнес Аруан, – мне все равно, я не хочу жить без Ясны.
– Перестань разыгрывать влюбленного, меня этим не проймешь, я знаю тебе цену. А если рассчитываешь, что разжалобишь Ясну и она станет умолять меня пощадить тебя, то и тут ты просчитался. Я не буду ее слушать.
Ясна смотрела на Аруана и понимала, что он заслуживает наказания, возможно, сурового, но все-таки она не желала ему смерти.
– Ясна, – проговорил Амьер, сжимая плечи жены и наклоняясь к ее уху, – зайди, пожалуйста, в какие-нибудь, покои, и посиди там, и не выходи, пока я буду разбираться с твоим другом детства.
– Амьер, – растерянно произнесла Ясна, поворачиваясь к мужу, – может мы…
– Нет, – жестко рыкнул Амьер, – иди вот сюда и не мешай мне.
Амьер толкнул Ясну к дверям в покои, открыл их и втолкнул жену внутрь. Оглянувшись, Ясна увидела тоскливый и обреченный взгляд Аруана, но Амьер закрыл дверь перед ее носом. Ясна сделала несколько шагов по комнате и рухнула в кресло, ноги не держали ее.
Сжавшись в комок в кресле, обхватив себя руками, Ясна прислушивалась к тому, что происходило в коридоре. В ее памяти всплывали воспоминания, связанные с Аруаном, когда они еще были детьми и не было всего того страшного, что случилось между ними в последнее время. Как и почему все это произошло? Жалко ли ей было Аруана? Может и так, она все же не хотела его смерти, хотя бы ради воспоминаний, когда он был ее другом. Но в тоже время ее накрывал леденящий ужас от того, что бы стало с ней и ребенком, если бы не появился муж так вовремя. А коли бы он задержался немного? Как бы она жила потом, после того, как Аруан надругался бы над ней? Ей осталось бы тогда только наложить на себя руки.