Оставалось уведомить Эберхарда. И по словам Ларса, старик только обрадовался, узнав, что его освободили от рудов на ниве науки. По крайней мере, он не ворчал, когда передавал Герти надзор за лабораторными записями — целым шкафом толстых журналов, в которых подробно описывался каждый опыт мастера Ларса. Сам же старик планировал плотно заняться садом.
— А то понасадят, как попало, питунии те же… красные рядом с белыми. Потом удивляются, почему пошли пятнистые лепестки? А они… — старик со значением поднял вверх узловатый палец, — переопыляются! Вот оно как, гхм… — Эберхард пожевал челюстями и шустро потопал из лаборатории.
Заняв его место, Герти старалась быть ловкой и наблюдательной. Мелкие округлые буковки из-под её руки быстро заполнили страницу с последними записями Эба, почерк которого был неразборчивым, хотя и крупным.
Суть экспериментов Ларса состояла в том, что он последовательно добавлял в человеческую кровь различные реагенты, постепенно увеличивая дозировку. И смотрел на результат.
— А зачем вы это делаете? — спросила Герти в первый же день.
— Ищу вещество, добавление которого позволило бы крови сохраняться надолго. Не теряя вкусовых свойств, — добавил он тише.
— Разумно. Ведь люди тоже хранят еду. А в ледник не пробовали?
— Пробовал. Портится.
— И всё же, зачем? — спросила она снова по прошествии месяца. — Если людей так много…
— Ты слышала что-нибудь про моровые поветрия? А войны? Всё это… влияет на численность людской популяции. И на качество крови.
— Правда? А как?
— Плохое питание делает её хуже. Кровь престаёт быть насыщенной, иногда становится излишне вязкой. Так же влияют на неё и долгие страдания.
— Страдания? Тогда я постараюсь всегда быть весёлой, — Герти хихикнула, но Ларс почему-то не оценил шутки.
В целом у Герти всё получалось. Она быстро выучивала новые термины и названия химических элементов, всё меньше переспрашивала. Но когда Ларс её хвалил, это было так непривычно, что щёки её заливались румянцем.
По дороге в лабораторию она испытывала воодушевление, предвкушая день, полный если не новых открытий, то общения с всезнающим вампиром.
Правда, около месяца назад Ларс покинул замок. Без предупреждения. Просто запер свой кабинет и не пришёл назначенное время. Вилма повторяла, что так частенько бывает, но Герти всё равно беспокоилась и ждала его.
«И вот, он вернулся,» — щеки девушки сами собой растянулись в улыбке.
Вампир взболтал пробирку, понаблюдал ещё немного за круговоротом красно-бурой жидкости и вернул сосуд в подставку:
— Посмотрим на реакцию через полчаса.
Сердце Герти забилось сильнее, и в конце предложения буквы пошли вкривь и вкось.
«Но чем меньше времени он смотрит в пробирки, тем больше внимания достаётся мне. То есть, разумеется, моему образованию… Конечно, если с реагентом ничего не произойдёт, Ларс несколько расстроится. Зато…» — она мечтательно вздохнула и поёрзала на стуле.
— Расскажете про антов? — слушать Ларса было гораздо интереснее, чем описывать опыты и заучивать танский словарь.
Язык Тана не был особенно популярен в Рёссене. Гораздо чаще детей учили франкскому, ибо граница с этим государством была более протяжённой. Но Ларс утверждал, что Тан — потомок древней романской культуры. И если Герти сумеет выучить их язык, то сможет понимать больше половины древних книг и свитков. Читать античных учёных и философов Герти хотела. Но новый язык продвигался так медленно…
— Что именно? Про войны великих полководцев? Или продолжим знакомство с известнейшими императорами?
— Про их богов, — Герти вернула перо в чернильницу и посыпала свежие записи в журнале мельчайшим песком.
— Богов… Твой интерес понятен, — взгляд Ларса блуждал по корешкам книг на полках. — Истории про них больше похожи на сказки. Но что тебе до древних теосов? Ведь ты воспитана на вере в две пары высших сущностей.
— О, их историю все знают, — Герти подняла глаза к потолку. — В начале времён хаос разделился на Свет и Тьму, и в каждой из них возникли две пары духов — женские и мужские. Они росли и зрели разумом. Потом решили установить порядок и создали наш мир. А после поженились. — Герти сдула песок и с хлопком закрыла журнал. — С тех пор мы празднуем два Сочетания. И с Тёмного начинаем отсчитывать год, поскольку именно Хозяевам Мрака ведомо таинство рождения. А вот у антских богов… всё, как у людей. Интриги, тайны, споры. — Она сидела за столом, а так хотелось оказаться у книжных полок рядом с Ларсом.