— Но это… — он явно указывал на подаренный кулон.
— Ничего не значит. Я очарована вами и без какого-то зова. И мне сейчас очень стыдно, — Герти вздохнула. — Потому что своими действиями я нарушила покой… ваш и господина Кая. Пошла против устройства в вашем замке. И девочки теперь боятся. А Агна…
— Ты не виновата.
— Но я… — Герти всхлипнула.
— Запомни, — Ларс в одно мгновение оказался перед ней на коленях и отнял её ладони от заплаканного лица. — Ты не несёшь ответственности за принятые кем-то решения.
— Но если бы я не…
— Это всё равно бы случилось. Рано или поздно, он добрался бы до неё.
— И вы не осуждаете Кая?
— А ты осуждаешь волка за то, что он режет овец?
Герти осмысливала услышанное, что было затруднительно в присутствии Ларса, сидящего рядом с ней на коленях. Белая рубашка и тёмные волосы только подчёркивали юность его бледного лица. Кроме того, было в его словах какое-то…
«…противоречие».
— Неужели Каю так сложно контролировать своё поведение? Ведь у тебя получается…
— Всё не так просто. Не сравнивай нас. Мы очень разные. В его возрасте я тоже был несколько… не воздержан.
— Он сам однажды сказал, что жажда крови сильнее похоти. А жажду вы хорошо контролируете.
Ларс сморщил лицо, как от боли:
— Тебе не понять.
— Потому что я — человек?
— Не только.
— Девственница? Но это легко исправить, — Герти истерично захихикала.
— Ты сама не ведаешь, что говоришь. — Ларс исчез в подсобке. — Выпей вот это, — он налил в кружку чистую воду из бутыля и капнул туда какую-то вытяжку коричневого цвета. — Вот так… Герти, ты просто многого не знаешь. И никогда не узнаешь, слава богам… А теперь… расскажи, что именно ты сделала с девушками. И мы постараемся исправить ситуацию.
Герти глубоко вздохнула, понимая, что плакать больше не хочется, а мысли обретают ясность, и принялась рассказывать про Агну и Кая, про чётки из Светлого Храма и поиски звездоцвета.
Через три дня в замок вампиров вернулось былое спокойствие. Ранее Ларс отдал Латгард некоторые распоряжения. Старуха с помощью Вилмы и нескольких «не обработанных» женщин собрала всех присутствующих той ночью в спальне, отвела в термы и заставила вымыться с ног до головы. Подушки, на которые попал сироп, частично пришлось сжечь, частично перебрать перо. Лекарства Латгард теперь запирала на ключ. А женщинам выдала ткани и пол мешка пера, чтобы они пошили себе новые подушки на смену.
— Так и до разорения недолго, — ворчала Латгард. — А всё почему? Из-за одной умной дурочки.
Как сказал Ларс, в воспоминаниях женщин осталось преимущественно самоубийство Агны, из-за которого все ужасно расстроились. Но так как все женщины в замке в прошлом не раз сталкивались со смертью лицом к лицу, то и исцеление духа должно было произойти скорейшими темпами.
Десятый день после «ночи кошмаров» был днём рождения господина Ларса. К тому времени в замок прибыло 10 вампиров. Решено было устроить приём, где человечки отпраздновали бы 1000-летие Ларса наравне с детьми ночи, а заодно и отвлеклись бы от грустных мыслей.
За день до того и в день торжественного события Латгард готовила на кухне «угощение к пиру», девушки помогали украшать закуски и мясные блюда, Кай «одной левой» двигал столы, а Герти, Вилма и рыженькая Альбертина помогали украшать тронный зал лентами, цветами из ткани и светильниками. В маленькие вазочки на столе решено было поставить голубые первоцветы. Издалека они терялись на фоне белой скатерти, но вблизи смотрелись мило и распространяли вокруг стола прозрачный медово-пыльцовый аромат.
За 5 часов до рассвета вся подготовка была окончена. Жительницы замка оделись и причесались по-праздничному. В их комнаты пришла Латгард в коричневом платье, расшитом тонкими оборками. Герти впервые увидела старуху без шерстяного платка вокруг лифа и в белом чепце с кружевными отворотами.
Они вошли в зал. Длинные столы поставили таким образом, чтобы во главе оказались два каменных трона. На них сидели Ларс и Кай. Ряд напротив должны были занять вампиры.
Сейчас же дети ночи окружали трон Ларса и с любопытством рассматривали человечек красными и вишнёвыми блестящими глазами.
— Кое-кто из вас уже знаком друг с другом, — произнёс Ларс. — Однако для всех остальных позвольте я вас представлю. Хайнрике, дорогая, подойди к нам, пожалуйста.
Самая старшая подруга вампиров отделилась от группы человечек, подошла к трону и сделала книксен. После этого она заняла место за столом.