— Как только ты выйдешь за ворота, Мартин отнесёт его на конюшню. А потом скажет этому женишку недоделанному, что он поскользнулся, упал и головой ударился.
— Труди, Мартина накажут, если разберутся.
— Накажут. Но не убьют же? Он у меня смелый, — девушка улыбнулась. — Говорит, что ради меня готов на многое. Ну и по поводу тебя тоже с матерью не согласен. Но молчит. Мать ему доверяет… Ну всё. Прощай, сестрица.
— Прощай… — Герти, всё ещё не веря своему счастью, вышла из камеры.
Спустилась на ватных ногах по ступенькам. Открыла дверь.
И вдохнула сладкий морозный воздух.
Она кивнула Мартину и увидела, что второй охранник спит.
«Боги, как они рискуют из-за меня!» — девушка пыталась идти спокойно, как учила Эрментруд, но ноги так и несли её к выходу. Заставляя миновать дорожки и идти по низким нетронутым сугробам.
Наконец, она подошла к высоким воротам. Открыла их и молча вышла наружу.
На сторожевых башнях оживились.
— О, Труди пошла, — послышалось сверху. — В лес что ли? Так рано…
Гертруда вздрогнула — мать и некоторые слуги называли её Труди.
«Неужели меня узнали?!»
— Она своего ждёт. Вот увидишь, сейчас в кустах спрячется… — хихикнули в ответ.
Девушка, оправдывая ожидания охранников, зашла за облепленные снегом кусты, что высились у дороги. Сквозь ветки она видела людей на высотках. И слышала, о чём они говорили в звенящей утренней тишине.
— Везёт же кому-то, — охранник с левой башни выдохнул пар и запрыгал на одной ножке, чтобы согреться.
— Мартин, сукин сын, — второй стоял спиной и кутал лицо в подёрнутый изморозью воротник.
Герти шмыгала носом. Над серыми сопками занимался рассвет.
Последний рассвет, который она провела рядом с замком Кёрбер.
Глава 21. Голод
Герти очнулась от жажды.
В незнакомой комнате без картин, без мебели и гобеленов.
Она повернула голову влево и увидела окно с приоткрытым раздвижным ставнем.
Снаружи шёл дождь, и явно темнело. А она чувствовала какое-то беспокойство. От взгляда на узкую полоску сизого неба Герти пробирали мурашки, и волоски на теле натуральны образом вставали дыбом.
Кроме того, она не могла пошевелиться.
И это тоже беспокоило, ведь она была ужасно голодна, а что-то подсказывало: поесть надо как можно скорее!
Девушка осмотрелась. Её руки и ноги лежали в толстых оковах, которые цепями крепились к углам каменной столешницы.
«Или кровати? Но кто в здравом уме будет спать на камне?» — Герти подёргала цепи, чтобы освободиться, и камень в основаниях креплений заскрежетал. Тогда она рванула сильнее. Тщетно. Цепи гремели, камень крошился, но натяжение не ослабевало.
«Что со мной? Я поднимаю эти оковы так легко, будто…»
Она начала быстро соображать.
А когда вспомнила всё… Разозлилась.
— Как он посмел? — голос её в тишине прозвучал утробно сопровождался раскатистым рычанием.
Это только подтвердило самое главное опасение!
Она почувствовала голод с новой силой. Но хуже голодного желудка, слабости в теле и раздражения оказалось… вожделение.
Оно зажглось будто от искры при одном воспоминании о Кае и о том, что они делали у окна в его комнате.
— Прямо перед тем, как я упала, — Герти оскалилась.
А тепло между ног медленно превращалось в жар, который расползался по животу и бёдрам, делая её положение ещё более невыносимым.
Она сильно свела ноги и почувствовала собственную влагу. И ещё большее вожделение.
«Ни стыда, ни смущения…»
— Ммм… — колени девушки тёрлись друг о друга, в тщетной попытке хоть как-то удовлетворить охватившее её нестерпимое желание.
Она снова попыталась вырвать цепи. Тщетно.
«А вдруг в замке никого не осталось?..»
— А-а-а-а-а-а-а-а!!! — заверещала она так, что собственным ушам стало очень неприятно.
Дверь с хлопком отлетела в сторону, и только чудом удержалась в петлях. Дрогнули ставни в раме, в комнате сильнее запахло дождём.
— Проснулась…
Кай стоял на пороге.
Промокший. Притягательный. Близкий, после того, что между ними случилось. И боги, как она хотела его!
А он смотрел на неё как-то… по-другому. В обычных для блондина сытых глазах, блестящих будто спелые вишни, не было и толики насмешки или порочных намерений.
Однако кое-что иное отвлекло её от какой-то неправильности в поведении блондина. Тонкие ноздри Герти дрогнули.
— Я принёс то, что тебе нужно, — вампир вынул пробку из кожаной фляги и приставил горлышко с ароматной жидкостью к дрожащим губам прикованной девушки.