— Да, мясной, — протянул Кирилл, потирая затылок. Он еще раз оглядел комнату, его охватывала паника лишь о того, что собачья шерсть была буквально на всем. — Мне не стоит, я, пожалуй, выпью лишь чай. У меня специальная диета, — быстро добавил он, заметив, что женщина приготовила вторую тарелку.
Она хотела что-то сказать, но предпочла умолчать. Этот момент был слишком важен для нее — лишь один Кирилл пришел и выразил ей свою искреннюю, как ей показалось, скорбь о пропаже Магды. Женщина была так рада тому, что она не одна переживает всю эту боль, что на мгновение даже забыла о своей любимице. Они разговаривали обо всем около часа, точнее в основном рассказывала женщина, Кирилл лишь улыбался, кивал и пару раз вставлял несколько фраз в длинный монолог соседки о том, как жестока жизнь к ней. Слушал и впитывал в себя всю информацию, начиная с ее первого развода и заканчивая смертью последнего шестого мужа. К несчастью, а может и нет, у нее не было детей. Друзей у нее не было, но, как по расписанию, два раза в месяц к ней захаживала Зоя Аркадьевна, живущая на другом конце улицы (она была такая же одинокая старушка, как и соседка Кирилла).
На следующий день Кирилл решил позвонить Алисе и попытаться встретиться с ней. Еще никогда он не хотел увидеть кого-то так сильно, как сейчас. После вчерашнего инцидента с собакой и соседкой, в его мыслях не осталось ничего светлого и доброго. Не хотел существовать лишь с мыслями о том, как приятно ощущалась на руках чужая кровь, как невыносимо хорошо чувствовался ее аромат. Он желал отвлечься от этих мыслей и в этом ему могла помочь лишь Алиса. За их короткое знакомство Кирилл понял, что Алиса единственная, кто его понимал, единственная, кто могла прочесть его мысли. Девушка не ответила на его звонок, он ждал до последнего, но так и не услышал ее голос. Спустя пару минут снова набрал ее номер и на сей раз она ответила.
— Составишь мне компанию в небольшой прогулке? — сразу же спросил он. Кирилл крепко сжимал мобильник одной рукой, а второй сильно обхватил стакан с уже теплой водой.
— Сегодня? — ему не понравился тон, с которым она спросила его. Это его злило.
— В идеале прямо сейчас, — Кирилл так сильно сжимал стакан в ладони, что тот с треском разбился, осколки рухнули на пол, а светло-красная вода медленно стекала вниз. — Я очень хочу тебя увидеть, Алиса, — почти шепотом добавил Кирилл, сжав руку в кулак. Несколько осколков противно впивались в кожу.
— Я работаю до пяти, — ответила она. Кирилл разжал свою ладонь, посмотрел на нее. На то, как сквозь раны просачивалась кровь, как ярко поблескивали миниатюрные осколки хрусталя в его ладони. — Но мы можем пообедать вместе. У меня через сорок минут обед, приедешь?
Он улыбнулся.
— Да, конечно. До встречи, малышка.
— До встречи, — произнесла Алиса, а после сбросила вызов.
Кирилл поднялся в ванную, включил кран с холодной водой и подставил под струю свою ладонь. Кожа противно щипала, осколки впивались в кожу еще сильнее. Убрав руку, взял с полочки пинцет и быстро достал кусочки хрусталя, причинявшие ему боль. Потом снова промыл руку водой. Ему это не помогало, так как боль все еще противно пронизывала его тело. Парень спустился вниз, нашел в кухне полупустую бутылку виски, открыл ее и небрежно полил янтарной жидкостью свою руку. Жгло так сильно, что парень чуть ли не закричал на весь дом от боли. Хотел допить оставшейся виски, но смог сдержаться — не нужно, чтобы Алиса видела его пьяным.
Он присел на диван, держа пустую бутылку в разрезанной осколками руке. Ладонь медленно переставала кровоточить, боль постепенно уходила. Запрокинул голову на спинку дивана, закрыл глаза и на мгновение ему показалось, что он уснул. Сквозь сон почувствовал чью-то тонкую шею в своих руках, почувствовал, как она медленно хрустела под его сильной хваткой. Услышал крик и плач, услышал звон стекла и биение посуды. Почувствовал, как кто-то расцарапывал его кожу, как не спеша по телу, сбегали ручейки крови, как она лилась на пол, составляя там темно-красный океан. Когда же он увидел перед собой взгляд зеленых заплаканных глаз, в которых больше не было жизни, он вздрогнул и резко поднял голову. Она закружилась, так что ему пришлось ненадолго закрыть глаза, чтобы прийти в себя. Кирилл потряс головой, чтобы отогнать от себя ужасные воспоминания, безумные мысли, которые таились в его сознании. Зейгер узнал эти мертвые глаза и, последнее, что ему хотелось сделать, — причинить боль их обладательнице.