— Мам, твоя проблема в том, что ты пытаешься сделать из меня свою точную копию. Ты встретила папу, когда училась, как и я встретила Диму. Ты хотела, чтобы мы с ним поженились, как и вы с папой. Чтобы помогали вам, чтобы были рядом, чтобы полностью посвятили себя семейному делу. Чтобы я потом, точно так же, как и ты, всю жизнь жалела о том, что загубила свою молодость.
— Что за чушь! Я вовсе не это говорила, — женщина подошла к столу, провела ладонью по деревянной панели, а после снова спрятала руку за спину. — Ты снова меня не слышишь. Слушаешь, но не слышишь.
— Ты права, а знаешь, почему я тебя не слышу? Потому что я устала от того, что ты пытаешься навязать мне жизнь, которая мне не интересна. Хотя бы потому, что в этом варианте есть Дима, а с ним мы расстались, — мобильник в кармане джинсов снова завибрировал. Алиса надеялась на то, что это не очередное сообщение от Кирилла. Она до сих пор понятия не имела, как себя с ним вести. Но также она ждала его внимания, была рада этому.
Женщина вздохнула. Вовсе не так представляла себе разговор, вовсе не такую речь она готовила. В фантазиях матери Алиса согласилась с ней, приняла ее сторону и их размолвка закончилась. В реальности же, первенец Ларисы Андреевны никак не подчинялся ей. Это абсурд! Дети всегда слушались своих родителей. Хорошие дети всегда подчинялись матери и отцу.
— И ты до сих пор не рассказала, почему вы расстались, — Лариса Андреевна протянула руку, хотела взять спелое зеленое яблоко, но быстро одернула руку. — Алиса, моя маленькая Лисичка, что между вами произошло? — ласково прошептала женщина, будто это вовсе не она была готова сорваться и перейти на крик пару минут назад.
Лариса Андреевна часто думала о том, как бы она любила своих внучек-малышек — Розу и Лилию. Своих внучек, которые должны были родиться в счастливом браке между Алисой и Дмитрием. Женщина все просчитала и всегда представляла девочек с длинными прямыми светлыми волосами, как у ее дочери, и карими глазами, густыми ресницами и темными бровями, как у Димы. Но, когда она узнала о том, что эти двое больше не вместе, все ее мечты разбились. Теперь она понятия не имела, о чем ей мечтать темными ночами, о каком будущем думать.
— Ты меня давно не называла так, мам, — вырвалось у Алисы. Ее взгляд метался по комнате, будто загнанный тигр по крохотному вольеру. Она внимательно наблюдала за тем, как грелась вода на плите, как аккуратно расставлена посуда и развешаны полотенца, как хаотично расположены фрукты в вазе и как красиво мерцали бокалы, когда на их грани попадают лучики света. — Последний раз еще в детстве.
Девушка часто вспоминала, как много лет назад ее мать читала ей сказку о малышке Алисе, которая попала в страну Чудес. О том, как та уменьшалась и увеличивалась в размерах, как пила чай с Безумным Шляпником и видела королеву. Лариса Андреевна уверяла дочь, что ее маленькая малышка точная копия этой книжной героини. Раньше эту книгу Алиса могла читать круглыми днями, сейчас же она ее ненавидела.
— Чепуха, я тебя так часто называю.
— Нет, это точно было в детстве. Близнецы еще были совсем малышами, — пробормотала Алиса, пытаясь вспомнить, когда в последний раз слышала от матери то самое слово — Лисичка, которое пахло теплом, детством и сладким имбирным печеньем. Может, это было в день ее пятнадцатого дня рождения, когда мать застукала ее целующуюся с парнем из дома напротив? Или в тот день, когда она испекла тыквенный пирог для матери в последний раз? Или тогда, когда Алиса впервые повысила голос на мать, лишь из-за того, что ее никто не слышал?
В тот вечер они так и не смогли договориться между собой. Каждая осталась при своем мнении. Одна считала, что вправе вмешиваться в жизнь своего первенца, чтобы та не наделала глупостей, другая свято верила в то, что жизнь зависела лишь от того, кто ее проживал. И точка.
Мельник пыталась выбросить из головы Кирилла всю неделю. Она каждый день убиралась в доме, готовила слишком много, а на работе снова и снова переставляла книги с одной полки на другую. Ее это не успокаивало, но отвлекало. Точнее являлось причиной того, почему она не отвечала на его звонок или игнорировала очередное сообщение.
— Слушай, если ты чего-то испугалась или я тебя чем-то напугал, завел в тупик или еще что-то, то дай мне знать об этом, хорошо? — Алиса прочла его очередное сообщение, а после удалила. Опять. Вела себя как маленькая девочка, запутавшаяся в собственных мыслях, не знающая чего вообще желала от жизни. Она прокручивала в голове его слова, взгляд мелькал в ее мыслях чаще, чем что-либо еще. Девушке хотелось вернуться на пару недель назад и снова быть той, которую поцеловал незнакомец на вечеринке.