— Он сладкий. Ты снова добавила сахар? — спросил он, наклонив голову и непроизвольно сжав руку.
— Одну ложку, — кивнула девушка, смотря на него своими зелеными ангельскими глазками.
— Зачем? Ты же знаешь, как я не люблю сладкий кофе, — проворчал Кирилл, закрывая свой термос и убирая его в сторону. Его настроение было подпорчено, парень даже не скрывал этого. Был уверен, что это ему еще сыграет на руку. И не ошибался.
— Прости, — протянула Алиса. — Твой кофе безумно крепкий. И вот я решила немного добавить сладенького, — придвинувшись ближе, она обняла его за плечи, прижимаясь ближе. — Не злись, пожалуйста. Я не люблю, когда ты злишься.
— А я не люблю, когда влезают в мои дела и все портят — бросает он, но не отстраняется.
В этой игре он всегда побеждал, даже сейчас. Кирилл будет строить из себя обиженного, будет старательно игнорировать ее извинения, а после будет давить на жалость. Мельник непременно не выдержит этого, не сможет смириться с тем, что на нее кто-то обижен. Он знал, что Алиса будет делать все возможное, чтобы быть прощенной за свою оплошность. Девушка добавила ему сахара не со зла, лишь хотела сделать ему немного приятнее, но не подумала о том, как сам Кирилл может отнестись к этому.
Сидели вдвоем молча. Кирилл продолжал строить из себя обиженного мальчика, а Алиса понятия не имела, как подступиться к нему. Несколько раз пыталась поцеловать, но у нее ничего не выходило. Он отворачивался, отстранялся от нее.
— Прости, — вторила Алиса.
Сделав глоток чая, девушка вздохнула и попыталась расслабиться, что в сложившейся ситуации было намного сложнее сделать. Алиса хотела, чтобы это мартовское утром, первое весеннее утро, которое они встретили вдвоем, было особенным. Так и вышло. Только особенность утра заключалась вовсе не в счастливом моменте наедине — скорее в безумном напряжении между ними.
Он ничего не ответил, достал из кармана телефон, пачку сигарет и быстро закурил. Это его успокаивало, а ее нервировало. Алиса покойно сидела рядом, глотая сигаретный дым. Не знала, как продолжить с ним разговор, потому что сам Зейгер определенно не хотел слушать ее. Точнее он ее хотел слушать, но отказывался слышать.
— Переезжай ко мне, — тихо пробормотал Кирилл, выпуская изо рта темное облако дыма, которое быстро смешалось с морозным воздухом. — Я больше не могу отпускать тебя каждый вечер или тешиться тем, что ты время от времени остаешься у меня на ночь.
— Ты же знаешь, что я не могу.
Алиса смотрела прямо перед собой, пыталась понять — почему же она не может переехать и жить с человеком, которого любила. Единственной причиной, по которой девушка все еще этого не сделала — она не знала, как познакомить Кирилла с родителями, ведь те до сих пор не отошли от Димы. Любили и ждали его. Алиса никому не говорила, но несколько раз ее мать приглашала Назарова на ужин и тот приходил. А что если и на совместный ужин с Кириллом ее мать учудит подобное? Нет, такого Алиса не могла позволить.
— Почему? — спросил Кирилл, потушив сигарету о землю, а после выбросив ее. — Не любишь или не хочешь видеть мою морду слишком часто?
— Люблю, — быстро пробормотала Алиса, поворачиваясь к нему. Убрав термос, придвинулась ближе к парню и села перед ним. Обхватила холодными ладонями его лицо и, смотря ему в глаза, продолжила. — Очень люблю, но я не знаю, что делать с родителями. Я боюсь, что ты им не понравишься. Что мама что-нибудь придумает или еще что-то. Я не знаю, как объяснить ей, что я буду жить с тобой. С парнем, с которым я просто встречаюсь. Но она не понимает, что мы не просто встречаемся, а что мы любим друг друга. Безумно любим, ведь так? — он лишь кивнул, внимательно ее слушая.
— Но ведь ко мне переезжаешь ты, а не она, — произнес Кирилл. — Тебе и решать — жить со мной или нет. И думай скорее, потому что я не могу строить серьезные отношения с той, которая боится признать собственной матери, что любит неидеального парня, — последние слова он прошипел, а после убрал ее руки от своего лица и поднялся на ноги. — Думаю, что нам нужно возвращаться. Отвезу тебя домой, — последнее слово он старательно выделил, чем снова задел Алису.
Они быстро собрали свои вещи в абсолютной тишине, было лишь слышно, как трещали сухие ветки деревьев или шумело озеро. Сейчас бы Алиса с радостью спряталась среди его холодных волн или острых ветвей деревьев, только бы избежать этого убивающего молчания. В ее голове до сих пор звучали его слова о том, что он неидеальный парень. Кирилл сказал это слишком резко, выбросил слова с нужной интонацией и в нужный момент, как умело делал это всегда. Зейгер знал, какой эффект ему нужен. Знал, что он добьется его. Не стеснялся и выражался так, как того требовала ситуация. Видел по глазам Алисы, как ей неприятна вся эта ситуация и разговор, но продолжал.