— Мы же договаривались, что не идем на этот ужин, — ворчал он, закрывая входную дверь на ключ.
— Это ты договаривался, — ответила Алиса, убирая пирог на стол. — они мои родители, Кирилл. Я должна была увидеть их...
— Ты должна слушать меня, — огрызнулся он, быстро заходя на кухню. Бросив взгляд на Алису, перевел глаза на кусок пирога и усмехнулся. — Твоя мать вытирала о тебя ноги, а теперь ты угощаешься ее дешевым пирогом?
— Не смей так говорить о моей матери! — повысила голос Алиса, совершенно не понимая, почему провоцировала его.
Алиса и опомниться не успела, как Кирилл подбежал к ней, схватил за волосы и ударил лбом о крышку стола. Удар был не сильным, но синяк и шишка наверняка останутся. Держа ее крепко за волосы, Кирилл сжал пальцами ее подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. «Не смей так говорить со мной!» — прорычал он ей в лицо. Кирилл был слишком близко к ней, так близко, что мог почувствовать, как бешено, стучит ее сердце. От страха. Не бойся. Он тебя не убьет.
— Я ведь люблю тебя, дурочка, — прошептал он, отпуская ее подбородок и рукой проводя по ее щеке. — А ты снова и снова провоцируешь меня. Почему ты меня не слушаешь? Ты меня не любишь? — спросил он так искренне и нежно, что Алиса поверила ему. Снова. — Ну же, малышка, скажи, что любишь меня. Только меня и никого больше.
— Люблю, — едва слышно, будто под диктовку ответила Алиса, смотря ему в глаза и чувствуя, как болел лоб, как противно щипали глаза. Она не знала, насколько правдивы ее слова, но она определенно что-то чувствовала к нему. Что-то похожее на любовь.
— Тогда не заставляй меня делать тебе больно, — его взгляд резко изменился с нежного на жестокий. На тот, который Алиса не любила и боялась. Отпустив ее волосы, Кирилл замахнулся и нанес ее сильный и быстрый удар по лицу. Громкий шлепок оставил — и на ее щеке алый след. От неожиданности Алиса покачнулась и едва удержалась на ногах. Больше ничего не говоря, Кирилл отошел от нее, перед этим взяв тарелку с пирогом и выбросив его в мусорное ведро. — А теперь спать, — добавил Зейгер и ушел, оставляя Алису снова наедине со своей болью и полнейшим непониманием того, где она оступилась и что сделал не так. Почему собственный парень обращался с ней подобным образом. Чем я это заслужила, мамочка?
глава 19
Алиса почти не выходила из дома, если не считать стандартного похода в магазин, находящийся на углу улицы. Девушка стала затворницей. Даже не заметила, как это произошло. Алиса могла спокойно выйти из дома, сходить на встречу с подругами, но что-то ей мешало. Постоянно слышала внутренний голос, который был слишком похож на голос Кирилла и говорил он его словами. Запрещал, говорил о том, что будет лучше для нее самой. Алиса лишь кивала, слушалась и не смела перечить.
Настроение Кирилла менялось с бешеной скоростью каждый день. В эту секунду он улыбался он добрый и веселый, любил ее, обнимал и уже через мгновение он мог замахнуться и ударить ее, оскорбить, обвинить в чем-то.
Несколько дней назад, когда они вдвоем пошли в магазин, Кириллу показалось, что Алиса открыто флиртовала с парнем, стоявшим в очереди сразу после них. Алиса лишь попросила парня отойти, чтобы взять пакет, а Кирилл увидел флирт открытый и слишком откровенный. Парень еле сдержался, чтобы не оскорбить ее именно в магазине, быстро расплатился, взял ее за руку и вытянул из магазина.
— Тебе вообще не стыдно? — крикнул он, выезжая с парковки и ударяя руками по рулю. — твой парень стоит рядом с тобой, а ты без зазрения совести строишь глазки другому!
— Какому другому, Кирилл? — воскликнула Алиса, но увидев, что парень не в самом хорошем настроении, продолжила уже более спокойно. — Я ни с кем не флиртовала. Если ты о том парне, то я...
— Да я о том гребанном парне, который пялился на тебя. Ты бы еще в белье в магазин приперлась, — продолжал он, лишь сильнее нажимая ногой на педаль газа.
Алиса бросила быстрый взгляд на свою одежду — на темную футболку, которая больше на несколько размером и на светлые джинсовые шорты немного выше колен. Девушка сидела и не могла понять, что именно его не устраивало в ней, где именно она одета откровенно. Почему-то из-за его слов Алиса почувствовала себя обнаженной перед ним, сложила руки на груди, стараясь спрятаться.
— Раньше надо было закрываться, — проворчал он, резко останавливаясь на светофоре. — ведешь себя как последняя дрянь. Я делаю все для тебя, а ты плюешь на меня. Черт тебя дери, Алиса, ты улыбалась ему так, будто была готова отдаться ему на стойке кассы.
— Я не улыбалась ему, — тихо ответила Алиса, опуская глаза и смотря на свои колени, чашечки на которых выпирали. Она слишком сильно похудела в последнее время из-за стресса, нервов и постоянного напряжения. Все хорошо.
— Не смей врать мне! — крикнул Кирилл и сразу же поехал дальше, наплевав на то, что до включения зеленого светофора оставалось еще несколько секунд. — Ты думаешь, что я слепой? Думаешь, что можешь вести себя со мной так, будто я ничтожество? Не позволю!
Алиса молчала и ничего ему не отвечала. Не поднимала взгляда, лишь чувствовала, как быстро он ехал. Так быстро, что, если кто-то случайно выскочил на дорогу, Кирилл не успел бы вовремя остановить машину. Что, возможно, будут жертвы и тогда его арестуют и посадят. Возможно. Алиса встряхнула головой, отгоняя от себя столь жуткие мысли. Она поймала себя на том, что желала увидеть его за решеткой. Тогда она будет свободна от него, но не будет свободна от чувств, которые испытывала к нему. Эта любовь, отравленная и прогнившая, никогда ее не отпустит. Любовь Кирилла, словно яд медленно и мучительно отравляет Алису, заставляет ее повиноваться ему даже против ее собственной мысли.