– Внутри стенки покрыты слизью, – объяснила Ива, подлетев с Мандрагором. – Она сразу покрывает крылья и не даёт их расправить. Вскарабкаться тоже нельзя, слишком скользко. Вдобавок везде острые, загнутые книзу шипы.
– А если не выбраться как можно быстрее, – добавил Мандрагор, – утонешь в кислоте на дне мешка… или она тебя переварит. Оба варианта так себе, – рассудительно добавил он.
– Жаль, Синя с нами нет, – потёрла Сверчок лоб.
– Не уверена, что поджог помог бы Крапиве, – сказала Росянка.
– Да нет, я вовсе не имела в виду огнешёлк, – смутилась Сверчок. – Просто… мне было бы легче.
Росянка хорошо её понимала. Сама миллион раз мечтала на заданиях, чтобы Ива оказалась рядом. Она украдкой бросила взгляд на подругу, поймала ответный и едва подавила улыбку.
– Надо вырезать её оттуда! – скомандовала она. – Мы с Ивой начнём когтями, а вы с Мандрагором поищите вокруг что-нибудь поострее.
Пришлось брести по воде прямо в гущу непентесов, и это было довольно жутко. Росянка слышала гудение их мыслей: «М-м-м… вку-усные… ням-м-м… ням-м-м-м… м-м-м-не-е…» – словно хор голодных призраков. Стебли были холодные и липкие, и когда задетые мешки раскачивались, некоторые казались заметно тяжелее других – мурашки от них бежали по чешуе.
Не думай о том, что внутри! Прекрати сейчас же!
Растение, поймавшее Крапиву, распространяло вокруг самодовольные масляные вибрации, чтобы все соседи знали, какая чудесная добыча ему попалась. «Грм-м-м, ням-м-м, м-м-моё, вку-у-усное моё, всё м-моё», – словно насмехалось оно.
Что ж, недолго ему осталось радоваться! Ива вонзила в мешок когти, и Росянка ощутила, как растение пришло в ярость. Сквозь корни и листья прокатилась ледяная дрожь, соседние непентесы придвинулись ближе.
«М-м-маленькие, вку-усные, ням-м-м, опасные, съесть скорее, ням-м-м».
Росянка принялась углублять надрезы, которые сделала Ива, пропиливая когтями вверх-вниз, глубже и глубже. На боку мешка наметился квадрат, достаточно большой, чтобы Крапива могла выбраться. Но стенки были тугими и неподатливыми, а ещё пропитаны слизью, которая склеивала когти. Работа шла слишком медленно, и казалось, что солнце клонится к закату, а непрерывные панические вопли Крапивы мешали сосредоточиться.
Отступив на шаг, Росянка потрясла ноющими лапами. Трудно поверить, что она так старается ради Крапивы!
– Вот! – пропыхтела за спиной Сверчок. Она протиснулась между непентесами и протянула длиннющий острый шип.
– Осторожно! – вскрикнула Росянка. – Ты Иву чуть не проткнула!
– Ничего подобного, – возразила подруга. – Это именно то, что нужно, спасибо!
Она обхватила шип за широкий конец и вонзила непентесу в бок, будто копье. Он прошёл насквозь точно там, где была прорезана одна из линий.
– Что вы творите?! – пронзительно взвизгнула Крапива. – Убить меня пытаетесь?
– Мы тебя вытащить хотим! – заорала Росянка в ответ. – Ты же вроде об этом всё время надрываешься! Посторонись!
– Думаешь, есть куда? – проревела Крапива. – Тут тесно и темно, всё колется… и жжётся! Хвост, мой хвост! Больно!
Пока она возмущалась, Ива нажимала на шип, аккуратно прорезая стороны квадрата. Наконец стенка упала, и Крапива вывалилась наружу.
– Пю! – высказалась Шмель точнее некуда.
Листокрылая вся, от рогов до хвоста, была покрыта розовато-зелёной слизью, и волна оглушительной вони от неё и вскрытого непентеса была почти такой же сильной, как от аморфофаллуса в полном цвету.
– Не очень-то вы торопились, – проворчала она, неловко поднимаясь на лапы. Крылья так и остались приклеенными к бокам.
– Пожалуйста, сестричка! – прокричал Мандрагор, опасливо держась в стороне от чащи непентесов.
– Ужас какой!
Крапива неуклюже протопала мимо Ивы с Росянкой, по пути яростно пиная раздутые мешки непентесов, и зашла поглубже в воду. Илистая грязь поверх слизи была ещё ужасней на вид, но после яростного отмывания вновь проглянула зелёная чешуя.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила Сверчок.
– Как будто тебе есть дело! Не разговаривай со мной! Не хочу сейчас ни с кем разговаривать!
Росянку это более чем устраивало. Она развернула карту, щурясь в полумраке, чтобы разобрать рисунок. Солнце стояло ещё высоко, но сюда, на дно джунглей, света просачивалось совсем мало.
– Чтобы обойти манцинелловую рощу, придётся перебираться через озеро, – подытожила она. – Крапива, раз уж ты всё равно там, сунь голову в воду, не жрёт ли тебя пузырчатка?
– Ты сама у меня жрать пузырчатку будешь! Ты и твой полосатый монстрик! В глотку запихаю!