Кэймрон вздрогнул. Яффа беспомощно пожала плечами.
— И что? Ничего нельзя сделать? Будем просто сидеть и ждать, когда нам расскажут о ее гибели?
— Не знаю, — Фира устало выдохнула, и провела ладонью по лицу. — Я не знаю, Яф-Яффи. Я не создана, чтобы править, и не могу принять такое решение… Боги, я с замком то еле справляюсь!
— У тебя отлично получается, — приободрила ее Яффа.
— Зато ты плохо врешь, — фыркнула Глафира, и перевела взгляд на руку Кэймрона, лежащую на талии Яффы. — Это то, о чем я думаю?
— Да, — медленно кивнула Яффа. — Мы с Кэймроном… Вместе.
— И ты его любишь? — с подозрением уточнила Фира.
Кэймрон уставился на наглую волшебницу. Можно подумать, его здесь нет!
На лице Яффы расцвела улыбка, когда она мягко ответила:
— Да, Фира. Я его люблю, а он любит меня.
Кэймрон немедленно испытал приступ гордости. Она его любит! И во всеуслышание заявила об этом.
— Что же, счастья вам, — кисло сказала Глафира. — Пойду, объявлю новость остальным. Волшебница, выходящая замуж за вампира… Глаза б мои этого не видели.
Пробормотав последнюю фразу, Фира удалилась в центр зала, оставив их вдвоем. Прильнув к Кэймрону, Яффа озабоченно спросила:
— Что ты думаешь по поводу Анхель? Мне важно знать твое мнение.
— Я поддержу любое твое решение, моя колдунья, — заверил Кэймрон, целуя ее в кончик носа. Яффа довольно улыбнулась.
— Но у нас есть еще одна проблема, — добавил он.
— Какая?
— Русские вампиры. Пока ты отключила барьер, князь Димитар с двумя соратниками появился у границы.
Яффа побледнела.
— И что они хотели?
— Предложили вступить в их ряды.
— А ты?
— Отказался?
— Из-за меня? — Яффа выглядела огорченной. — Но ты не должен…
— Нет, нет, — успокоил ее Кэймрон. — Я дал обещание жрице.
— Бель? — изумилась волшебница. — Она-то здесь причем?
— Не знаю. Но она предупреждала меня о том, что Димитар сделает мне какое-то предложение. И настоятельно рекомендовала отказаться.
Яффа досадливо поморщилась, заметив:
— Кибела… Какие у нее планы? Она указывает нам, что делать, но точно ли это принесет пользу?
— Возможно, мы можем еще раз поговорить с ней? — предложил Кэймрон. — Ах, и да — Димитар знает местоположение нашего дома в Лондоне.
Плохо дело. Надо сказать Дарку.
— Думаю, это повод сменить жилье, — ответила Яффа, лукаво улыбаясь. — Я думала о маленьком домике в горах…
— Это будет мой тебе подарок на свадьбу, — торжественно объявил Кэймрон. — Но я бы хотел иметь еще один, где-нибудь в городе.
— Идет, — согласилась Яффа. — Но одно условие: в доме должен быть бассейн.
— Все, что захочешь, моя колдунья. Ты меня так околдовала, что я не могу противиться ни одной твоей просьбе, — целуя ее руку, галантно произнес Кэймрон.
— Каюсь, я тебя приворожила, — Яффа чувственно облизнула губы. Глаза Кэймрона потемнели.
— Не делай так, если не хочешь прямо сейчас покинуть замок.
— Зачем же покидать? — притворно удивилась Яффа, лаская его шею. — Здесь много укромных мест…
— Тогда веди меня, колдунья, — хрипло прошептал Кэймрон.
Видят боги, он готов следовать за ней всю свою бессмертную жизнь, пока его сердце бьется. Бьется только для нее.
Глава 20
Эш-Дезерт, пустыня Пепла
От портала до замка дорога была нескончаемой. Усыпанная пеплом пустыня с потрескавшейся землей, бесчисленным количеством вулканов и гейзеров, простиралась на многие мили вперед. Воздух был раскален до предела, небо казалось кроваво-красным, а вокруг шныряли диковинные монстры, жаждущие свежего мяса.
Анхель старалась идти прямо, но ее тело, не привыкшее к таким нагрузкам и обессилевшее из-за потери магии, не слушалось. Она то и дело спотыкалась, падая на горячую землю, и тогда Бастиан просто волок ее за собой, натягивая длинную цепь, конец которой был прикован к наручникам на запястьях королевы.
С ненавистью взглянув в спину демону, Анхель пробормотала проклятья и двинулась дальше, стараясь не обращать внимания на радостные крики его сородичей. Куча демонов выстроились по бокам, образуя своеобразный коридор — и каждый из них был рад видеть, как королеву волшебниц ведут на цепи в замок в качестве пленницы.
Стиснув зубы, она приказала себе не думать об этом. Не думать о похотливых взглядах и пошлых выкриках. Не думать о том, что ее ждет в обители крови, пепла и зла.
— Сними маску, красавица!