— Больше такого не повторится, — произносит он тихо, почти шёпотом, но в этих словах я слышу что-то угрожающее. Его взгляд обжигает, оставляя внутри ощущение странного холода, словно он уже решил что-то, о чём мне ещё не известно.
Моё сердце колотится, а в груди разливается гнев. Я сжимаю руки в кулаки.
— Что это значит? — я отступаю на шаг, пытаясь вернуть личное пространство. — Почему ты так говоришь? Джеймс, объясни!
Мой голос звучит громче, чем я ожидала, а вопросы срываются один за другим:
— Почему ты сейчас здесь? Что это было? Ты думаешь, что можешь так просто вмешиваться в мою жизнь? Ответь мне!
Но он молчит. Его лицо внезапно оказывается рядом с моим, и прежде чем я успеваю среагировать, он наклоняется и легко касается губами моей щеки. Это ощущается как вызов, наглый и унизительный. Его прикосновение обжигает, оставляя внутри смесь ярости и беспомощности, словно он только что утвердил свою власть надо мной. Этот поцелуй, обжигающий и резкий, длится всего пару секунд, но заставляет меня замереть.
— До встречи, Эм, — бросает он с ледяной усмешкой, развернувшись и уходя в темноту.
Я стою, ошеломлённая его дерзостью и нахальством. Мои глаза широко распахиваются, а внутри разгорается ярость. Я кричу ему вслед, чувствуя, как моя злость вырывается наружу:
— Ты что себе позволяешь?! Джеймс, вернись! И не смей меня так называть!
Но он не оборачивается. Его шаги звучат тяжёлыми ударами по мостовой, пока его фигура не растворяется в ночи. Каждое его движение, каждый звук будто говорит: он здесь хозяин, и ничто не может это изменить.
Я остаюсь одна, и мои кулаки сжимаются так сильно, что ногти впиваются в ладони. Меня трясёт от гнева, а мысли метаются, словно вихрь. В голове стучат одни и те же слова: "Ненавижу!" Я тру щёку, стараясь стереть его прикосновение, словно оно оставило ожог. Сердце колотится так быстро, что кажется, оно разорвётся.
— Чёрт... чёрт... ненавижу! — мои слова разрывают тишину ночи. — Как он посмел?!
Я пытаюсь дышать глубже, но воздух словно не проходит в лёгкие. Гнев перемешивается с растерянностью. Что всё это значит? Зачем он появился снова? Зачем это сделал? Он словно выбивает из меня весь воздух, оставляя пустоту и хаос. Я хватаюсь за свою сумку, крепче сжимая ремешок, будто это может вернуть мне хоть немного контроля. Дыхание рваное, поверхностное, а в голове пульсируют только обрывки мыслей. Я пытаюсь сосредоточиться, но вместо этого чувствую, как ноги начинают слабеть, а в груди нарастает беспомощный гнев. Я стискиваю зубы, словно это может удержать меня от крика, который готов вырваться наружу. Этот хаос внутри меня разрастается, как воронка, поглощая любые попытки вернуться к ясности. Джеймс... он мой личный яд. Я чувствую, как его присутствие проникает глубже, чем я готова признать. Он подчиняет, разрушает, оставляет только боль и злость.
Слёзы злости подступают к глазам, но я их не выпускаю. Не сейчас. Я не позволю ему увидеть меня слабой, даже мысленно. Я вцепляюсь в эту мысль, как в единственный якорь в бушующем шторме, обещая себе одно: больше он так не поступит. Никогда.
Глава 9: Письмо из темноты
Я едва чувствую, как ноги несут меня вверх по лестнице. Ступени кажутся бесконечными, и с каждым шагом тяжесть на моих плечах только нарастает. Общежитие встречает меня мертвой тишиной, будто всё замерло в ожидании чего-то. Кажется, что даже стены следят за мной. Я с трудом дотягиваюсь до двери своей комнаты, а руки так дрожат, что ключ почти выпадает из пальцев.
Как только я захлопываю дверь, тишина становится ещё глуше. Я прислоняюсь к стене, пытаясь восстановить дыхание. Грудь сдавливает, как будто кто-то обвил её невидимыми стальными обручами. Внутри всё ещё кипит ярость. Его поцелуй, его слова, его дерзость — всё это горит в моём сознании, не давая успокоиться.
— Как он посмел?! — мой голос звучит хрипло, почти сорвано. Я стискиваю кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладони. Хочу забыть, стереть, вычеркнуть этот момент, но он, как заноза, остаётся под кожей.