— Нормально, — отвечаю я коротко. Его взгляд становится серьёзным.
— Ты выглядишь уставшей. Что-то случилось? — его голос мягкий, почти заботливый, но в нём нет той глубины, которая могла бы заставить меня раскрыться.
— Нет, ничего, — говорю я, отводя взгляд. — Просто много всего.
Оливер кивает, принимая мой ответ без лишних вопросов. Я снова чувствую раздражение. Джеймс бы никогда так не сделал. Он бы настаивал, копал глубже, требовал правды. Оливер же просто... отступает.
— Ты когда-нибудь думал о чём-то большем? — вдруг спрашиваю я, решив проверить, насколько глубоки его мечты.
— О большем? В каком смысле? — он моргает, словно не понимает вопроса.
— О мечтах. О том, чтобы сделать что-то значительное, поменять что-то в этом мире, — поясняю я, чувствуя, как слова сами льются с губ. — У меня есть одна мечта — создать благотворительный фонд для помощи детям с лейкемией. Я хочу, чтобы у них был шанс, чтобы они могли жить и мечтать, как все остальные. Представь, сколько жизней можно было бы спасти.
Оливер смотрит на меня с лёгким удивлением, затем медленно качает головой.
— Ты странная, Эмилия. Такие вещи только в кино бывают. В реальной жизни надо жить проще. У тебя работа, семья, стабильность — вот и всё.
Его слова режут, как холодный нож. Я вспоминаю Джеймса. В детстве он всегда говорил мне, что нет ничего невозможного. Что если я захочу что-то сделать, то он всегда будет рядом и поддержит меня. Я слышу его голос в своей голове: "Эмилия, для нас с тобой нет границ. Ты только скажи, и мы пойдём за этим вместе."
— А ты бы мог сказать кому-то, что отдашь за них жизнь? — спрашиваю я внезапно, сама удивляясь своему вопросу. Оливер смотрит на меня, слегка нахмурившись.
— Эмилия, о чём ты? Своя жизнь — это самое важное. Такие вопросы странные. Зачем создавать ситуации, где это вообще может понадобиться? Надо жить добропорядочно, чтобы таких проблем не было.
Я молчу, чувствуя, как его слова оставляют пустоту внутри. Он не понимает. Никогда не поймёт. С ним безопасно, но... скучно. Я смотрю на него и понимаю, что между нами пропасть. Я пытаюсь заполнить её, но это бесполезно.
— Завтра вечеринка, — говорю я, стараясь сменить тему. — Меня пригласили на вечеринку от клана "Грейв". Но я не хочу идти.
— Почему? — он улыбается, но его улыбка кажется слишком простой, слишком обыденной. — Это хороший шанс. Если этот "Грейв" такой влиятельный, как ты говорила, почему бы не посмотреть? К тому же, мне интересно увидеть, кто эти люди.
— Да уж, круто, — я закатываю глаза, чувствуя, как внутри всё закипает. Оливер никогда не поймёт, что это за мир. Для него это просто игра, где всё кажется таким простым. Но для меня это больше. Это запутанная сеть, в которой я уже застряла.
— Может, ты преувеличиваешь? — говорит он вдруг. — Все эти кланы, "Грейв"... Это ведь просто ребята, которые хотят повеселиться.
— Ты ничего не понимаешь, — резко отвечаю я, чувствуя, как раздражение превращается в ярость. — Это не просто веселье. Это серьёзно.
— Тогда покажи мне, — говорит он спокойно. — Я хочу увидеть это сам. Разве не это ты хотела — чтобы кто-то был рядом?
Его слова звучат просто, но во мне они вызывают волну противоречий. Я отворачиваюсь, чтобы он не увидел моего лица. Внутри всё смешивается: страх, злость, тоска. И снова голос Джеймса в моей голове: "Ты же знаешь, что хочешь."
Глава 14: Вечеринка
Мы подходим к дому, и я останавливаюсь, оглядываясь. Особняк, где проходит вечеринка, выглядит впечатляюще. Высокие колонны, огромные окна с мягким светом, струящимся наружу. Изнутри доносятся приглушённые звуки музыки, смешанные с мелодичным смехом и лёгким звоном бокалов. Это создаёт ощущение, что за этими стенами кипит жизнь, но только для тех, кто уже вошёл в этот закрытый мир. На подъездной аллее стоят дорогие автомобили, и я уже чувствую, как напрягаюсь. Это не мой мир, не мой уровень. И уж точно не уровень Оливера.
— Ничего себе, — шепчет он, глядя на всё это. — Ты была права, это не просто вечеринка.
— Да, — коротко отвечаю я, стараясь скрыть внутреннее раздражение. Его восторг кажется неуместным. Для него это выглядит как сказка, а для меня — как ловушка.
Мы поднимаемся по ступеням, и дверь открывается сама, словно кто-то за нами следил. Внутри всё ещё более роскошно: высокие потолки, хрустальные люстры, мебель, от которой веет аристократизмом. В воздухе витает аромат дорогих духов и шампанского. Люди в вечерних нарядах передвигаются с грацией, будто они — постоянные участники таких событий.