Марчелло развел руками и пожал плечами с сочувственным видом.
— Я сожалею, Кристофер. Синьор не смог выбраться… его отец, знаете ли. Он… как это… следит?
Сердце у Винтер сжалось, на лице Кристофера проступили печаль и разочарование. Он отвернулся на секунду, затем крепко сжал губы и кивнул.
— Ну что ж, ничего не поделаешь, — пробормотал он.
— Я тоже должен вас покинуть, — с сожалением продолжал Марчелло. — Стража следит за всеми союзниками Рази, надеясь схватить тебя, когда ты будешь бежать. Я не должен показываться. — Он протянул Кристоферу поводья и поклонился. — Будь осторожнее, Кристофер. Пусть опасности минуют тебя.
Он тихо попятился и пустился прочь по дорожке.
Секунду Винтер и Кристофер стояли взявшись за руки, глядя в пустоту, где только что был Тутти. Лошади переступали с ноги на ногу на тесной дорожке. Потом Винтер встряхнулась и прижала руку к груди Кристофера.
— Теперь беги! — воскликнула она, глядя ему в лицо. — Скоро запоют петухи.
Он медленно, словно во сне, повернул голову — и вдруг тоже пробудился и быстро нагнулся поправить упряжь лошади. Винтер, нервно сжав руки, следила за дорогой. Она чуть не застонала с досады, когда, вместо того чтобы прыгнуть на лошадь, Кристофер торопливо подошел к конюшне и стал рыться в земле рукой.
— Кристофер! — прошипела она, но замолчала, видя, что он вынул из кармана оставшийся кусок печенья и опустил его в ямку. Она моргнула, когда он аккуратно засыпал ямку землей. Он склонил голову, беззвучно шевеля губами, а затем выпрямился.
— Вот и все, — сказал он, быстро шагнул к ней, вытащил из-под рубашки сверток и сунул его ей в руки. Винтер с удивлением воззрилась на него. Это был большой, во много раз сложенный лист бумаги. — Я хотел отдать его тебе еще в замке. Это карта тайных коридоров. — Она вскинула на него удивленный взгляд. — Тебе может понадобиться, — объяснил он. — Но не пытайся разбираться в ней на ходу. Сперва выучи дорогу — в подземелье слишком темно, чтобы читать карту.
Она прижала карту к груди, и они обменялись долгим взглядом. Затем Винтер мягко подтолкнула его к лошади.
— Теперь ступай, — сказала она. — Ступай!
Кристофер оторвался от нее со стоном отчаяния, шагнул в стремя и уже подпрыгнул, чтобы вскочить в седло, но так и не перекинул ногу через круп лошади. Винтер увидела, как его взгляд устремился в дальний конец дороги, — и он застыл, стоя в стремени, не отрываясь от чего-то, невидимого ей. Лицо его стало жестким, брови сдвинулось, губы тронул зловещий оскал.
Кристофер медленно опустился на землю и вынул из-за пояса свой чужеземный нож. Винтер сразу же выхватила кинжал и прижалась к стене, готовая драться или бежать. Кристофер отвел лошадь в сторонку, и Винтер увидела, что встревожило его.
В конце дороги маячила высокая фигура с мечом в руке. Виден был только гигантский темный силуэт в просвете между деревьями, но по росту было ясно, что это один из личных гвардейцев Джонатона. Он подошел к центру аллеи, загораживая им путь, и поднял меч.
— Ступай теперь, девочка, — шепнул Кристофер и отстегнул от пояса кинжал. Он шагнул вперед и притаился в тени, держа кинжал наготове.
Резная гарда по форме похожа была на чашу, и Винтер увидела, что она прикрывает всю кисть Кристофера. Ручка была где-то внутри, а гарда скрывала металлом кисть и запястье, так что лезвие торчало из облаченного в металл кулака как острое продолжение руки.
— Беги, — повторил он тихо.
Человек в конце аллеи замедлил шаг при виде оружия. Винтер шагнула в сторону и притаилась, выставив свой нож. Кристофер раздраженно шикнул на нее, но уйти больше не просил.
Некоторое время все трое стояли неподвижно, ожидая, кто пошевелится первым. Потом высокий стражник пошел к ним по аллее, угрожающе помахивая мечом. Винтер и Кристофер приготовились к бою. Они так и подпрыгнули, когда из-за спины стражника, из темных кустов, поднялась высокая фигура и огрела его по затылку. Стражник без единого звука упал на колени, и меч выпал из его руки. Высокий человек шагнул вперед, и они увидели, что это Рази — его было легко узнать по силуэту на фоне быстро бледнеющего неба. Он снова поднял левую руку, так что оба увидели в кулаке деревянную дубину, нанес еще один звучный удар по голове стражника и хладнокровно проводил взглядом упавшее, как мешок зерна, тело.
Только тогда он взглянул на них, стоя неподвижно; лица его нельзя было разглядеть. Он ткнул себе в грудь, затем поднес руку к глазам и описал ею круг: он проследит, чтобы не было погони. Затем он указал на Кристофера и сразу же — на ворота. Они услышали тихий шепот: