За стенами зазвучал тихий плач, она почувствовала под подошвами сапог едва различимую вибрацию. Винтер в страхе огляделась, но ничего не увидела. Однако она сразу поняла что не должна медлить.
— Как тебя зовут? — снова спросила она, но дух закинул голову и забился, кровь потекла по его измученному лицу, как слезы. — Как тебя зовут? — настаивала Винтер, сама не понимая, почему ей так понадобилось это узнать. — Скажи мне, и я передам Марии!
— Мария!
— Да. Скажи мне свое имя. Скажи, как передать Марии. Где она? В лагере? С Его королевским Высочеством? В лагере?
— В лагере… да… она в лагере. Она с остальными… Мария…
Теперь весь воздух вибрировал вокруг них, так что у Винтер встали дыбом волоски на руках и загривке, в ушах зажужжало, зубы заныли. Плач за стенами стал проникать в комнату. Камни загорелись ручейками и искрами фосфоресцирующего света.
Дух стал задыхаться и трястись так, что пятки и кости сломанных рук забарабанили по дереву страшного стула.
Винтер заставила себя заговорить мягко. Ей не хотелось поступать как инквизитор, хотя желание схватить призрака, встряхнуть и прикрикнуть на него было почти непреодолимо.
— Скажи, где она, и я передам ей твои…
— Она в лагере…
— В каком лагере? Их так много… В каком лагере Мария?
Он попытался повернуться к ней, но теперь трясся так, что его затылок ритмично ударялся о стул.
— В долине Индири… В долине Индири… с Оливером… с Комберменами… она… а-а-а… — Слова потерялись в клокотании, и черная, поблескивающая кровь хлынула изо рта. Винтер отступила.
Теперь вся комната ожила от пляшущего фосфорического света. Он омывал стены, призрачный, мерцающий. Он тянул жадные щупальца к потолку. Плач превратился в шум атаки. Крики, ржание лошадей, выстрелы сменяли друг друга так быстро, что напоминали звуки фейерверков на горизонте.
Призрак выгнулся в своих невидимых путах, как лук, теперь касаясь черного стула только головой и пятками.
— Мария! — закричал он. — Скажи… Марии!
Кровь брызгала из его рта с каждым словом. Запах крови и пороха, дыма и горящей плоти был невыносим.
Винтер схватила свечу со стола и шарахнулась назад, закрывая рот рукой.
— Долина Индири, — повторяла она про себя. — Долина Индири… Только бы не забыть.
Через дальнюю стену комнаты пробежал Рори. Он тяжело приблизился к ней, зажав рукой живот, на лице — воплощенное страдание. Рот его был разинут в беззвучном крике, он протянул к ней руку:
— Беги! Беги!
Из стены за его спиной проступил светящийся туман, наполняя комнату от пола до потолка, так что весь воздух превратился в однородную клубящуюся массу. Она двигалась по темнице медленной волной, несущей с собой резкую пороховую вонь и гулкие, непрерывные выстрелы. Рори пытался бежать, но был слаб и неловок — прилив настиг его и оторвал от земли. Его голова откинулась назад с криком страдания, руки и ноги беспомощно вытянулись. Рори лежал, прикованный к светящейся поверхности, как человек, плывущий по реке боли. Затем на глазах у Винтер волна медленно разорвала Рори Шеринга на части.
— Нет! — закричала девушка. — Рори!
Но Рори исчез, уничтоженный пылающей массой наступающего на нее света, и его отчаянные крики быстро заглушил шум сражения.
Свет все полз вперед. Он потянулся блестящими пальцами к черному стулу, прикоснулся к страдальцу на нем. Тот вскрикнул от страха, когда зеленые колдовские искры попали в его глазницы и засверкали на губах. Свет освободил его и поднял в воздух, он повернул голову к Винтер, которая продолжала пятиться назад.
— Скажи ей… — всхлипывая, произнес он. — Скажи Марии… что Исаак не выдал… Скажи… — И тут его тоже затянуло на гребень наступающей волны и медленно разорвало на части, только вопли повисли в воздухе.
Винтер ахнула, споткнулась, наткнувшись на ступеньку сзади, и упала. Волна наступала на нее — она поползла вверх по лестнице на четвереньках.
Свеча догорела, и Винтер преодолела остальные ступеньки в полной темноте. Она достигла площадки, как лосось, преодолевший речной порог, но не смогла подняться на ноги и с отчаянным всхлипом рухнула на пол. Она оцарапала подбородок и ладони, ползя по полу на животе. Ноги искали опору, руками она нащупывала дорогу в темноте. Наконец она встала, пробежала немного на подгибающихся ногах и налетела лицом на стену. Искры посыпались у нее из глаз, она шарахнулась назад, сделала несколько неверных шагов и снова побежала во мраке.