- Что случилось? - спросил он, когда она поравнялась с ним.
Мег вздрогнула, подняла на него взгляд и слабо улыбнулась.
- Ничего. Почему ты спрашиваешь?
- Не ври.
- Я не вру, - возмутилась Мег. - Всё у меня замечательно!
- Я же вижу. Врёшь ты мне, Мег, и хоть бы стыд на лице промелькнул, - укоризненно произнёс Джонатан.
Несмотря на свой шутливый тон, настроен он был весьма решительно выведать, из-за чего сестра плакала.
- Не вру, - упрямо сложила на груди руки Мег. - С чего ты так решил?
- Ты забыла, что три дня со мной не разговаривала.
Мег поражённо ахнула.
- А раз ты забыла о своей обиде, должно было что-то случиться, - закончил он свою мысль.
Мег покачала головой и пошла в свою комнату, прерывая разговор самым недостойным образом.
- Мег, - догнал её Джонатан и обнял за плечи. - Ну Мег, от меня-то не скрывайся. Я могу помочь. А если кто обидел, то и отомстить, - добавил он, внимательно глядя на её профиль.
Сначала лицо Мег было спокойно, а потом подбородок её дрогнул, на глазах появились слёзы, которые она тут же попыталась незаметно смахнуть, но Джонатан уже заметил.
- Мег, - сурово произнёс он.
- Что Мег?! - сердито вскричала она. - Может, и обидел кто, и мне нужно сочувствие, а не надоедливое жужжание над ухом. Зачем я только опять с тобой говорю!..
Она смахнула его руку с плеч и быстрым шагом чуть не побежала к себе. Джонатан, разумеется, и не думал оставлять её одну, однако привлекать внимание слуг тоже не собирался. Строгим и предупреждающим взглядом окатив проходившую мимо Рози, он последовал за Мег. Насчёт мести он не лукавил: никто не смеет обижать его сестру!
Мег не закрыла за собой дверь, поэтому в комнату её Джонатан попал беспрепятственно. Она уже успокоилась и только недовольно посмотрела на него, когда он вошёл.
- Ты мешаешь мне думать.
- Думать будешь, когда всё мне расскажешь. Ну что?
Он подошёл ближе и вопросительно уставился на неё. Мег прятала взгляд, возмущённо сопела, даже пробормотала что-то нечленораздельное себе под нос, но, в конце концов, глубоко вздохнула и призналась:
- Я, честное слово, этого не хотела.
Продолжать она, казалось, не собиралась, будто всё стало понятно после такого лаконичного объяснения. Джонатан, напротив, начинал злиться и подозревать самое худшее.
- Чего не хотела? - давил он.
- Этого, как ты не понимаешь! - раздражённо воскликнула Мег. - Я сама виновата; могла догадаться, что купаться одной почти что в глуши неосмотрительно. А когда он пришёл, я... - Она развела руками и подавленно закончила: - не смогла противиться.
- Кто он? - потребовал Джонатан.
- Конор, - сказала, словно выплюнула, его имя Мег. - Он отказался взять меня в жёны. Я, конечно, и не хочу быть его женой - даже думать о таком противно! Но он ведь должен ответить за свои действия, правда? Я хочу сказать, он тоже виноват и гораздо больше, чем я. И, к тому же, он... он... Ты куда?!
Мег успела остановить его у самых дверей.
- Подожди, ты уже сейчас хочешь идти к купцам? Может быть, повременить до завтра? - испуганно воскликнула она.
Повременить! Да он готов был разорвать купца за то, что тот сделал, и именно этим собирался заняться, не откладывая ни на минуту.
- Нет, Мег, сейчас.
- Только не нужно устраивать драку, хорошо? - заметно волнуясь, попросила Мег.
- Что ты, конечно, мы всё решим полюбовно. Не тревожься, сестрёнка, я всё улажу.
Джонатан не успел и десяти шагов сделать, как за дверью громко вскрикнула Мег. Чертыхаясь, он вернулся, недоумевая, что могло случиться за пару секунд. Оказалось, случилось невероятное. Мег со слезами на глазах потирала ушибленный кулак, а мирно стоявший всё это время сундук у стены отодвинулся, приоткрывая узкий проход, погружённый во мрак.
Глава одиннадцатая
Глава одиннадцатая. Скрепя сердце
Ночью Лотти почти не спала. Все её мысли были заняты двумя мужчинами: Уильямом и Дермонтом. Не часто Лотти испытывала такой сильный страх, но в последние дни он не покидал её ни на секунду. Если верить ведьме, скоро Дермонт её найдёт! Но пугало, что, когда это случится, Уильям всё выведает каким-нибудь образом и после этого никогда не захочет её видеть... Разумом Лотти понимала, что самое страшное он никогда не узнает, потому что о том знала лишь она и никому эту постыдную тайну открывать не собиралась. Но душа её была неспокойна. А со вчерашнего дня, когда Джонатан куда-то уехал и вернулся лишь через два часа, Лотти и вовсе не находила себе места и успокоения. Брат точно ездил к Уильяму, и они разговаривали о ней. Джонатан, несомненно, настаивал на заключении брака между нею и Уильямом, и Уильям должен был согласиться... Лотти совершенно не знала, как ей быть теперь.