- Почему здесь? - спросила она, когда подошла.
- Внутри темно. Тут - красиво. А ты волшебно прекрасна.
Лотти засмеялась.
- А ты - невозможный льстец, мой милый!
- Ничуть. Всё - истинная правда. Но подожди: у меня есть для тебя кое-что.
Уильям вдруг смутился. А понравится ли Лотти такая идея?.. Возможно, она мечтала о другом...
Она вопросительно смотрела на него, и улыбка медленно стиралась с её лица.
- Вчера ко мне приезжал мой поверенный, ты помнишь?
- Разумеется. Плохие новости из Лондона?
- Нет, - успокоил он, - дело в другом. У меня есть земля в Девоне, недалеко от Плимута. Я помню, как ты любишь свой город. Поэтому некоторое время назад я приказал начать там строительство нового замка, и Мэтью вчера сообщил, что работа уже налажена. Он будет небольшим, далеко не таким величественным, как хотя бы Лайл: иначе мы не въедем в него до самой смерти. А я хочу, чтобы мы жили там. И наши дети. И их дети. Это будет наш новый дом, а ты, моя милая, - знай, ты - его вдохновительница.
Лотти, вначале удивлённая его словами, затем широко улыбнулась, и глаза её засияли.
- Как прекрасно! - воскликнула она, обнимая его в порыве чувств. - В нашем новом гнездышке не будет места печалям и страданиям! Только счастью и любви. - Лотти отступила, крайне смущённая. - Я хочу подарить тебе много-много детей, но говорят, женщины становятся грузными и некрасивыми после нескольких родов. Вдруг ты меня разлюбишь?
Уильям притянул её к себе снова, громко расхохотавшись.
- Ничто тебя не испортит! Если только моё попустительство.
И замер, представив, какой дивно пленительной будет беременная Лотти - носящая его ребёнка Лотти! Видение было таким ярким, таким захватывающим, что Уильям не мог более ждать: если Лотти до сих пор не беременна, то надо срочно это исправлять.
- Северная башня сегодня вся наша, - охрипшим голосом намекнул он, медленно спустившись ладонями по её спине и сжав ягодицы.
Лотти игриво улыбнулась:
- Я не могу. Мне спокойнее рядом с Мег и отцом.
Уильям оскорбился до глубины души.
- Вот как? С мужем тебе, выходит, уже не так спокойно?
- Совсем не спокойно, - прошептала она, поднимаясь на носочки и коротко целуя в губы. И отстранилась, легонько ударив его по рукам: - Не время сейчас.
Уильям опешил, когда она развернулась и, как ни в чём ни бывало, пошла прочь. Опомнившись, он догнал её и остановил. Глаза Лотти озорно смеялись.
- Какой ты испорченный!
Когда-то она ему уже говорила это. Уильям ухмыльнулся и затем сделал то, о чём мечтал в минуты недовольства поведением своей ненаглядной, - ощутимо шлёпнул её пониже спины.
- Непослушная девчонка.
Лотти ахнула, упёрлась кулачками ему в грудь и возмущённо проворчала что-то. Уильям не услышал: он закрыл ей рот жадным поцелуем. А потом ни у неё, ни у него не нашлось связных слов. Расстояние до северной башни показалось непреодолимым, но в конце концов, они туда попали, и всю ночь Уильям не давал Лотти послаблений, наказывая её за все безрассудные поступки - и доказывая, что никогда не отпустит...
***
А ещё через неделю Лотти и Уильям уезжали. Мег медленно, но верно шла на поправку и сама настаивала, чтобы они не задерживались из-за неё. Ричард Сэвидж присоединился, уверив, что о дочери позаботиться и один сможет. Тем более, вскоре должен был вернуться Джонатан.
Лотти не стала долго сопротивляться. Ей и самой хотелось, наконец, остаться с Уильямом наедине. Впереди её ждало путешествие в новую жизнь - в жизнь, где она навсегда будет соединена узами с любимым человеком и где они станут жить в уютном замке родных мест, окружённые чудесными детишками. Она была уверена, что и Уильям мечтал о том же.
Слова прощания были сказаны, слёзы разлуки - пролиты, и настала пора выдвигаться в дорогу. Лотти, под руку с мужем, пошла к их экипажу, но потом остановилась, заставив Уильяма повернуться к ней.
- Я кое-что забыла, - шепнула она.
- О, Лотти!.. - закатил он глаза. - Я же просил собираться за пару дней.
- И всё равно я забыла. Только другое: кое-что сказать.
Она лукаво улыбнулась ему, наконец-то догадавшись, что ей не давало покоя в последние дни.
- Никогда не говорила, как сильно тебя люблю. Так что говорю теперь: я люблю тебя! Ты это и так знаешь, конечно, но приятно признаться вслух. Правильно, я бы сказала.
Уильям недоверчиво смотрел на неё, а потом, выдохнув короткое и слабое «Лотти», подхватил её и закружил. Она заливисто рассмеялась, умоляя его прекратить, и он послушался - остановился и заглушил её смех трепетным поцелуем.
...Слова любви были сказаны, слёзы счастья - пролиты, и настала пора оставить позади все сомнения и обиды, потому что впереди ждало самое большое, самое главное и долгожданное путешествие - путешествие по жизни двух соединившихся сердец.