Резко ускорившись, я наполнил свое «оружие» заклинанием, которым зачаровал свой нож, дерево затрещало опутываемое нитями четырех стихий. Резко прыгнув в сторону, я метнул рогатину в ближайшего. С пяти метров даже рогатиной сложно промахнуться зомби отбросило от столкновения с чуждой энергией, а рогатина разлетелась в щепки. Цель собственно была достигнута, минус один. Плюс тот лишь задев одного своего товарища плечом, повалил своим телом однорукого. Уж не знаю по чему, может от гибели собрата или из-за близости живой жертвы, но оставшиеся зомби заметно прибавили в скорости, растеряв всю вялость и неуклюжесть с которой они брели по полю.
Тот что стоял на ногах, выставил вперед загребущие руки с криво растопыренными пальцами, бросился на меня. Я не успевая отпрыгнуть встретил его зачарованным ножом в грудь и поднырнул под руку избегая смертельных объятий. Заклинание сработало и черные нити, поддерживающие в нем подобие жизни, стали расползаться и тот сделав еще пару шагов медленно завалился лицом в мать сыру землю. Однорукий тем временем уже выбрался из под дымящегося коллеги, который уже не подавал признаков «нежизни», не стал вставать, а прямо из положения сидя бросился на меня. Я не стал отходить, а выставил вперед нож, придерживая ладонью навершие. Удар конечно был мощный, будь на моем месте кто послабее, повалился бы. Нож с противным чавканьем вошел в глаз зомби. Тот успел схватит меня за одежду, но через секунду обмяк и лег ничком на землю, как и полагается, судя по запаху, уже не первый день мертвому человеку.
Окинув взглядом поле боя и изуродованные тела к горлу подступил комок. Я отвернулся и стал дышать ртом. Это только в кино или компьютерных играх герой без одышки крошит черепа бейсбольной битой, а потом весь в крови и мозгах целует в засос спасенную красотку. Подгнивший же труп с развороченной глазницей, зрелище мягко говоря отталкивающее, это если не сказать отвратное.
Но это было еще не все, со стороны леса брел еще один, еще совсем мальчишка, похоже то, которого съели. Видно не доели. А вокруг стал собираться народ, ошарашенно разглядывая место побоища. К тем пятерым, что побежали за мной, прибавились еще люди, они ходили по вытоптанному полю, не в силах поверить в произошедшее. Подошел и Путята.
- Что с ними? – спросил он не своим голосом, как завороженный глядя на искусанные и изувеченные тела.
- Тьма, в первозданном виде, чистейшая и незамутненная – начал было я, но одернулся. Нервы. Ну что ж с еще одним надо справиться. Я коротко выдохнул и пошел ему на встречу. Не сделал я и трех шагов, как из толпы выбежала женщина и с криком «Ждан, сынок» побежала к немертвому. Я сорвался с места и в один прыжок оказался рядом с ней, схватил в охапку, она стала отбиваться и царапаться.
- Это уже не он, да подержи ты ее наконец – подоспевший Путята перенял женщину и ему досталась порция тумаков, вырывалась она с яростью львицы, защищающей своего котенка. Потом ей конечно объяснят, но ненавидеть она меня будет всегда. Пусть так, «оскорбления, это признак хорошо сделанной работы», не к месту вспомнил я фразу из фильма. Отсюда так и так нужно уходить, и искать источник всего этого бардака.
Тем временем до парнишки оставалось метров тридцать. Я решил действовать не просто ножом, нужна демонстрация борьбы добра со злом, света с тьмой и так далее, иначе останутся сомнения и как бы от селян отбиваться не пришлось потом. Потому остановившись стал плести заклинание. Пусть это будет стрела, нет по размерам не уложусь, копье, не большое, времени мало. А он приближается и кажется ногами стал шевелить проворнее. «Огонь», «земля», «стабилизатор», «воздух», «вода», все и так сойдет, еще один стабилизатор было бы не плохо вплести, но я не успел, когда до него было метра три, с ножа сорвалось небольшое, в локоть длинной, слепящей белизны, даже не копье, а скорее сосулька и врезалась в грудь парня. Заклинание рассыпалось рано, но эффект оказался достаточным. У черного клубка выжгло приличную часть, структура нарушилась и нити сами стали расползаться и с шипеньем рассерженных змей таять без подпитки энергией. Вместо прыжка парень сделал неуверенный шаг, потом упал на одно колено и завалился на бок продолжая тянуть ручонки. Через минуту передо мной лежал просто мертвый мальчик.