Все чаще встречались люди с головными уборами из перьев, даже в одежде присутствовало что-то от птиц: воздушные ткани, широкие рукава, рисунки птиц и оперенья, даже были кофты, удлиненные сзади, точно хвосты. Встречались люди в масках. С воплями бегали дети с разрисованными лицами. Играла музыка, она словно лилась со всех сторон и сколько бы не всматривалась не могла разглядеть музыкантов или привычных колонок. Может магия?
Всю дорогу Аарон не выпускал мою руку, то поглаживая, то переплетая пальцы и смотрел таким щенячьим взглядом, что становилось тошно.
Когда он попытался приобнять за талию я шарахалась, один раз едва не столкнувшись с девушкой и с шумом выдохнула, беря себя в руки. Я совершенно не понимала, как вести себя, когда его руки касались кожи, когда начинало гореть лицо, трепыхаться, точно угодившее в капкан, сердце и дрожать пальцы, а мысли путаться. Такого никогда не было. Нет даже не так, по отдельности было, но чтоб все сразу. Из-за этого хотелось бежать прочь.
«Держись, осталось примерно полтора часа. Полтора часа!»
Осознав насколько это долго схватилась за голову. И именно в этот момент, словно мир старался добить, я увидела поджигателя. В этот раз лицо срывала маска, но он выделялся, будто дерево, охваченное огнем разводами по низу плаща.
От изумления, страха и нарастающей тревоги так резко остановилась, что потеряла равновесие. Аарон успел подхватить, но я смотрела только на незнакомца. Я отчетливо видела, как мужчина начинает поворачиваться. Медленно, точно в кино. Меня бросило в холод, затем в жар. И будто птица, заметившая опасность, я, вцепившись в Аарона, рванула в противоположную сторону.
Пожалуй, так быстро я еще никогда не бегала. Вокруг мелькали: люди, палатки, воздушные шары и змеи, карусели и качели. Забыв обо всем, я бежала вперед, не обращая внимание на недовольные возгласы. Внезапно толпа исчезла.
Кто-то закричал, и я почувствовала, как Аарон до боли сжал руку и оказавшись впереди рванул с такой скоростью, что я как будто взлетела над землей. Со спины меня обдало визгом и сильным потоком воздуха.
«Он нагоняет!» – билось в голове.
И только когда я начала задыхаться он остановился. Грохнувшись на колени, задышала так часто, словно старый самовар, которого раздувают сапогом. Люди обтекали нас, даже один поинтересовался все ли в порядке. Я лишь отмахнулась.
– Что произошло? – Только сейчас я заметила раскрасневшегося и встревоженного Аарона. – Скажи. Я готов сразиться даже с драконом ради тебя.
Меньше минуты во мне боролись желание рассказать с желанием соврать. Но блеск в глазах и готовность Аарона бежать и спасать отрезвили. Ну какой он сейчас защитник? Соврав, что померещился призрак оглянулась.
Там за лениво растекающейся толпой в небо со свистом взлетали, прицепленные канатами к огромным столбам раскрашенные стволы деревьев.
– Это крылатые качели.
– Больше напоминают тараны.
Какая-то мысль дернулась в голове, но я упрямо встала, не желая тратить на нее время.
– Откуда мы пришли?
Аарон указал в сторону качелей. Я кивнула и решив сменить направление отправилась на право. Потом я еще несколько раз сворачивала и остановилась лишь тогда, когда вокруг почти не осталось людей. Поднявшись на холм села на траву и посмотрела на покинутый праздник. Небо темнело. Начали опускаться сумерки и внизу, создавая волшебную атмосферу вспыхивали цветные огоньки. Среди них, словно подвешенные на сцене звезды раскачивались десять огоньков.
Внезапно я осознала, что это был за звук, сопровождаемый потоком воздуха, когда я бежала, не замечая ничего. Запоздалый ужас разорвал сердце. Меня затрясло. Из глаз хлынули слезы. Я попыталась обхватить себя руками, но пальцы словно заледенели и не слушались. Перед взглядом все смазывалось и растекалось, точно акварельный рисунок, оброненный в воду.
– Я…я чуть не убила нас, – едва смогла произнести между всхлипами.
Аарон осторожно обнял и не почувствовав сопротивления прижал крепче. Теплое дыхание коснулось шеи и забралось под футболку.
– Все хорошо, сейчас все хорошо.
Прильнув к Аарону, я рыдала. Когда слезы высохли, а тело сделалось вялым я сконфуженно отстранилась. На его лице читались неподдельная тревога, забота, сожаление и желание уберечь от опасности. Таких ярких эмоций по отношению ко мне я не видела даже от родителей. От этого стало не по себе. Захотелось оказаться где угодно, даже перед драконом, лишь бы не так близко к Аарону.