Выбор. Попробуй вякнуть, когда даже отец редко отваживается возразить маме.
– У меня для тебя подарок!
Ян поставил на лавку обувь.
– Надеюсь, угадал с размером. Ты же не передумала пойти со мной?
В его глазах промелькнула мольба.
Первое, что я сделала, оказавшись в комнате, – задернула шторы.
Сарафан струился по телу, расширяясь к низу. Ткань чуть холодила кожу и была невесомой, точно паутинка. В нем я ощущала себя настолько комфортно, что, не удержавшись, закружилась по комнате, пританцовывая, и… замерла от стука в окно. Сердце пустилось в пляс, но тело застыло, так и не закончив поворот. С минуту внутри меня боролись желание распахнуть шторы с желанием осторожно покинуть комнату. Но скрип половиц в кухне решил за меня. Я с облегчением вздохнула, на цыпочках отступая к двери, понимая, что сейчас увидеть улыбку Яна мне хочется больше.
Ян в белой рубахе с вышивкой и красных штанах сидел на скамье. Едва я вошла, его лицо просветлело.
– Тебе идет.
Невольно просияла в ответ. Захотелось плыть над полом, чтобы он смотрел только на меня, но одеревеневшие ноги сделали походку резкой.
Глядя в глаза, он коснулся моих пальцев, утягивая в прохладу вечера.
Деревня оказалась небольшой, всего пять улиц с одноэтажными домами на три и четыре окна. В них то и дело гас свет. Девушки и парни, смеясь, выходили на улицу, собираясь в компании. Ян озирался по сторонам. Избегая встреч, мы прошли окольными путями, а далее тропинка свернула в поле, где тень, бросаемая небом на землю, стала темнее. Высокая трава то и дело щекотала обнаженные под сарафаном ноги.
Еще издали, даже не дойдя до огромного пространства со скошенной травой, я услышала звуки разгорающегося веселья. По краям тропинки на манер ворот вкопали два гладких ствола, обмотав сверху тряпками. И они, словно огромные спички, создавали пылающие врата. Красными, оранжевыми и белыми шляпками грибов возвышались палатки. Возле каждой висел фонарь с зажженной внутри свечой. Народ прибывал. Я с интересом отметила, насколько люди похожи: у всех одежда бело-красных оттенков, длинные волосы девушек заплетены в косы.
В ближайшей палатке Ян купил две чашки с картофельными дольками и помидорами, украшенными зеленью. Это чем-то напоминало салат, вот только странный терпкий привкус трав больше подходил ко второму блюду.
Кругом кипело веселье, смех и голоса. Я отметила, что Ян украдкой оглядывается, словно кого-то выискивает, но не придала этому значения, желая разглядеть все вокруг. Большинство развлечений оказались в знакомом деревенском стиле: две команды перетягивали канат, летели перья от дерущихся подушками, вдалеке, подсвеченный факелами, виднелся столб с подвешенными на высоте вещами. Ян в очередной раз оглянулся.
– Что-то не так?
– Ищу кое-кого.
Мы как раз проходили мимо необычайно длинной палатки, где собрались четверо молодых людей и две девушки.
Они стояли, поглядывая друг на друга. Светловолосый молодой человек сочувственно хлопал по плечу рыжеволосого, крутя перед ним красным леденцом. Ян улыбнулся, повернув к ним.
– Отдай леденец, а? Любава обожает их и обещала сходить на свидание, если принесу, – рыжий потянулся, желая выхватить сладость, но тот ловко спрятал ее в карман.
– Да ни за что, Эрик, второй раз мне так не повезет.
К палатке подошли еще две пары и замерли в нерешительности.
– За шесть попаданий наивкуснейшая сладость! Есть еще смельчаки?
Ян остановился.
– Я попробую!
Все повернулись к нам.
– О, Ян, не ожидал тебя здесь увидеть, – спрятавший леденец протянул руку. – А кто это с тобой?
– Это Яра.
– Красавица, а я думал, что Клаус, как всегда, приукрасил.
– А знаешь, где он? – обратился Ян к Эрику.
– Договорились встретиться возле поваленного дерева перед началом танцев.
Ян кивнул.
Я с интересом переводила взгляд с одного на другого, когда проходящая мимо девушка влезла в разговор.
– Ян, ты все-таки пришел, – она оттолкнула меня, вцепившись в его руку, – я так рада.
Ян скривился, пытаясь высвободится от захвата.
– Если ты не заметила, Кларисса, я не один.