Юлия, не глядя на девушку, повернулась к уряднику:
— Доставьте её в участок. Я дам показания.
Урядник кивнул и повёл Лизу к пролётке, а та в последний момент обернулась и увидела, как княгиня, убедившись, что всё прошло по плану, слегка улыбнулась и направилась к своему экипажу. В этот миг Лиза поняла: это не случайность. Это тщательно спланированная ловушка.
Девушку, точно преступницу, усадили на сиденье, и вскоре они направились в неизвестном направлении. Она ничего не понимала, но молилась, чтобы это недоразумение скорее закончилось и она оказалась дома. Ей казалось, все вокруг сошли с ума — и она тоже, ведь не бывает такого, чтобы вещи сами собой оказывались там, где им не положено. Лиза сжала кулаки, пытаясь унять дрожь. В голове крутились вопросы: кто подложил колье? Зачем Юлии так жестоко с ней поступать? И что теперь будет?
**************
В Ивовке, в имении Глафиры Фёдоровны, ожидали Лизу: она должна была вот‑вот приехать из храма. Княгиня неспешно расставляла цветы в вазу, когда служанка сообщила о прибытии графа Левандовского. Возмущённая, Глафира Фёдоровна велела проводить его лишь для того, чтобы в очередной раз попросить не беспокоить её внучку.
Он появился с уверенным видом, не терпящим возражений, и пожелал доброго дня.
— Не думаю, что день заладится, ежели вы вновь в моём доме, — сказала княгиня, не скрывая неприязни.
— Я здесь, чтобы поговорить с Елизаветой Петровной, — заявил он. — Могу ли я вас просить позвать её?
— Не можете — лишь потому, что моя внучка поехала в храм, — отрезала она.
— В таком случае я подожду, ежели позволите, — решительно заявил он.
— Ваша настойчивость пугает, граф, — с опаской смотря на уверенного Поля, сказала она. — Вы никогда мне не нравились, а теперь и подавно.
— Не нужно меня бояться, — мягко произнёс он. — Я желаю Елизавете Петровне самого наилучшего.
— В таком случае постыдитесь, граф! — воскликнула Глафира Фёдоровна. — Вы женатый человек, и наверняка ваша супруга не знает об этом. А ежели вы не перестанете докучать Елизавете, я буду вынуждена поговорить с вашей женой.
— Не думаю, что этим вы меня запугаете, — подняв чёрные брови, сказал Поль. — Я хочу лишь получить ответ на вопрос от самой Елизаветы Петровны.
— О чём это вы? — недоумевающе воскликнула та.
Он не успел сказать, как в дверях появился испуганный возница. Сняв картуз, он стоял и тяжело дышал, точно спасался от погони.
— Что стряслось, Макар? — с тревогой спросила княгиня, предчувствуя беду.
— Елизавету Петровну арестовали, — заявил он, опустив глаза.
— Как это понимать?! — подскочила к нему Глафира Фёдоровна и принялась расспрашивать.
Макар отвечал сбивчиво и порой невнятно, но суть донести смог: девушку арестовали прямо на дороге и обвиняют в воровстве — якобы она украла драгоценное колье у княгини Корниловой. Слушая это, Поль побледнел, но быстро взял себя в руки. Он не сомневался: нужно немедленно отправляться, чтобы вызволить княжну.
— Можешь показать, где это случилось? — резко спросил граф, уже направляясь к выходу.
— Могу, ваше сиятельство, — кивнул слуга, поспешая за ним.
— Вы поможете моей внучке? — с тревогой просила княгиня. У неё душа выворачивалась наизнанку при мысли о том, что Лиза сейчас в сырой камере, среди чужих, враждебных людей.
— Сделаю всё возможное и невозможное, — твёрдо заявил Павел. — Не волнуйтесь, Глафира Фёдоровна, я верну её домой целой и невредимой.
Не теряя драгоценного времени, он вышел из дома, жестом подозвал Макара и приказал:
— Веди к тому месту. И молись, чтобы с Елизаветой Петровной ничего не случилось.
Княгиня, оставшись одна, опустилась в кресло и закрыла лицо руками. В груди бушевала буря: страх за внучку, гнев на тех, кто её оклеветал, и странная, необъяснимая надежда на графа Левандовского — человека, которого она прежде презирала.
«Господи, спаси и сохрани мою девочку, — мысленно молилась она. — Пусть этот граф действительно поможет ей. Пусть правда восторжествует».
Глава 57
Пришлось потратить целый день, дабы найти Лизу. Он объезжал окрестности, расспрашивал людей, пытался понять, куда могли отвести девушку, — и только на следующий день выяснилось, что она в Белозерске. Там, в одном из участков, и держали её. Теперь Павел пытался выяснить, что к чему.
Поговорив с урядником, граф твёрдо заявил, что вышло недоразумение, и княгиня Корнилова отзовёт заявление: княжна Ушакова не виновата. Тон его был уверенным, взгляд — пристальным. Затем он незаметно протянул уряднику несколько ассигнаций с намерением забрать девушку. Тот помялся, но, взвесив все «за» и «против», кивнул.