— Продала меня хозяйка, — смахнув слёзы, пролепетала та.
— Как это? Князь‑то знамо? — Груша взяла девушку за руку, зная, как непросто пришлось той.
— Уехал он, — вздохнула Фрося. — Не знает он.
Со ступеней спустился Березин, а следом подъехала телега, и тот скомандовал Фросе ехать на ней. Обняв Грушу на прощание, девушка нехотя уселась на повозку, и они тронулись. Всю дорогу девушка молилась всем святым, дабы всё сложилось наилучшим образом, чтобы наконец память вернулась к ней и тогда многое бы встало на свои места.
К вечеру прибыли к большому имению, по внешнему признаку изрядно запущенному: было очевидно, хозяину не до излишеств. Он спустился с коляски и скомандовал девушке следовать за ним. Фрося покорно прошла в дом и, оглядевшись, отметила, что в нём неуютно, чувствовалось отсутствие хозяйки.
— Стало быть, ты Фрося? — Он сверлил её взглядом, а она не знала, куда деть руки, куда бросить взгляд — только бы не наткнуться на хитрый прищур.
— Да, — кивнула девушка.
— Я — Георгий Николаевич Березин, твой новый хозяин, — пояснил тот очевидное. — Ежели будешь послушной и покорной, то нужды знать не будешь.
С каждым словом он подходил всё ближе, и Фрося сжималась сильнее, превращаясь в плотный, тугой комок. Сердце, казалось, выпрыгнет из груди, ноги слабели, стучало от страха в голове. Она подумала, что ей сейчас станет плохо и тело откажется служить.
Обстановку разрядила служанка, которая пришла отвести девушку в людскую. Девица была молодой, и, как только они зашли за угол и скрылись от глаз барона, та ухватила за руку Фросю и потянула за собой.
— Знамо, что сделалось с той? — выпучив глаза, шептала девица, когда они оказались в тёмном коридоре.
— С кем? — непонимающе спросила Фрося.
— С тою, что до тебя была, — пояснила служанка.
— Нет, не знаю, — пожала плечами девушка.
— Барон задушил её, разом, что котёнка, — прошептала та, опасаясь лишних ушей.
— Как это? Зачем? — испуганно пролепетала Фрося.
— Отказала ему, несчастная, — вздохнула та.
Служанка пояснила, что барон не щадит слуг и за малейшую провинность и непокорность наказывает. До Фроси у Березина в любовницах была служанка, но как‑то девица прихворала, а хозяин не потерпел равнодушия и задушил бедняжку без сожаления. Не счесть, сколько душ на совести этого человека: на него уже было много жалоб, только всё тщетно. А тот лишь проигрывает состояние да живёт на средства деда, который регулярно высылает содержание.
Фрося побледнела, в груди защемило, а по спине пробежал ледяной озноб. Она невольно сжала кулаки, стараясь унять дрожь в руках. Теперь ей стала понятна звериная жестокость барона — не просто слухи, а страшная реальность, от которой никуда не скрыться.
— И что же мне делать? — едва слышно прошептала она, глядя на служанку полными ужаса глазами.
— Тихо, тихо, — та прижала палец к губам и оглянулась по сторонам. — Главное — не перечь ему. Делай, что велит, и постарайся не попадаться лишний раз на глаза. Ежели будешь смирной, может, и обойдётся.
— А если нет? — голос Фроси дрогнул.
— Тогда… — служанка понизила голос до шёпота, — тогда молись. Да только и молитвы не всегда спасают.
Девушка почувствовала, как земля уходит из‑под ног. Перед глазами всплыли образы: княгиня Юлия с её ледяной ненавистью, барон с хищным прищуром, а где‑то далеко — князь Корнилов, которого, кажется, уже не дождаться. Но в глубине души теплилась слабая надежда: если выживет, если продержится, может, судьба всё же даст ей шанс на спасение.
Глава 14
Лиза увела за собой Татьяну, оставив в недоумении Поля. Он сжал с силой кулаки, и по суровому лицу заходили желваки. Ему хотелось понять, что вообще происходит и зачем девушке понадобилось вмешиваться в его жизнь. Ему казалось, она ни в чём не нуждается, а теперь донельзя разозлила его.
Он решил немедля поговорить с Татьяной и заставить её уйти из дома. Поль направился на её поиски и нашёл в кухне, где девушка наливала в кувшин воду. Не раздумывая, он метнулся к ней и с яростным взглядом встал напротив.
— Ты спятила? — бросил он, готовый задать ей трёпку.
— Я хотела быть ближе к тебе, милый Поль, — прошептала она. — Тебя никогда нет, и вот я решила…
— Уходи, пока не поздно, — он схватил её за руку, отчего лицо её исказилось от боли.
— Не за что? — резко выдернула она локоть. — Я принята на работу к вашей графине, так что смиритесь.
— Не заставляй меня разочаровываться в тебе, — сквозь зубы прошипел он, бросая на неё взгляд.
— Прости, но я устала, — вздохнула она, стоя напротив. — Устала жить в ожидании, точно собака, а теперь ты женат и…
— Глупышка, — отрезал он. — Ты хоть понимаешь, что всё испортила?