— Если тебе все равно конец, — ответила Фаревелл, ковыляя к двери, — какая разница, как ты погибнешь? Борись до конца и, угасая, будешь знать, что сделала все возможное. Сохрани свой свет. Стань камнем в шестеренках механизма.
Рыжая официантка встала на пол и робко последовала за ней. Вид жертвы на соседнем столе окончательно убедил ее. Она взглянула на Фаревелл и в ее глазах прочиталась нарастающая в душе наивной девушки решимость.
***
Фаревелл со всей возможной прытью пересекла кухню, Мона шлепала за ней босыми ногами. Шеф-повар бросился было наперерез, но размашистый удар тростью в живот заставил его передумать. Остальные работники "Элегии" не решились вмешаться — вид хрупкой девушки в окровавленном одеянии и лежащего у ее ног шеф-повара заставил их подумать о собственной безопасности.
В зале было многолюдно, как и всегда в это время. Несмотря на то, что вечер был в самом разгаре, почти никто не успел притронуться к еде и напиткам — гости были обеспокоены происходящим в ресторане. Фаревелл вела за собой Мону, а люди вокруг провожали их ошарашенными возгласами. Некоторые встали из-за своих столов и, вытянув шею, глазели на уходящих девушек. Кто-то бросился снимать Фаревелл в окровавленном одеянии на камеры телефонов, а кто-то наоборот, с ужасом пытался вжаться в свой стул. Но посетителей явно объединяло одно — вид кровавых пятен с гаснущим в них светом пробудил в людях жажду.
Фаревелл оттолкнула в сторону полного мужчину в дорогом костюме, который попытался узнать у нее, что происходит. Он нередко играл с девушкой в го за угловым столом у окна, но теперь ошеломленно растянулся на полу после короткого удара тростью по ногам.
Запах свежести и шум дождя ворвался из открытых дверей "Элегии". Фаревелл видела, что площадь у входа пуста — все гуляющие спряталась от потоков воды по близлежащим заведениям. Часы практически пробили затмение, узкие полоски света выглядывали из-за туч в небесах позади "Элегии".
Выход был близко — роскошные двери ресторана были призывно распахнуты, приглашая свежесть и прохладу дождя, огни близлежащих окон мерцали в потоках воды. У самого входа девушка обернулась на ходу, чтобы убедиться, что Мона бежит следом, когда мощный удар кулаком обрушился в грудь Фаревелл.
Хромая девушка смогла чудом устоять на ногах в момент удара, но равновесие предательски подвело ее. Фаревелл рухнула спиной прямо в дождевую воду, трость скатилась со ступенек и упала рядом. Мона вскрикнула.
Холодные капля дождя неистово забарабанили по телу, одежда быстро промокла насквозь.
Сердран, скрывающийся за колонной у входа, с самодовольной улыбкой стоял в дверях Он задумчиво сжимал и разжимал кулак, другой рукой удерживая вырывающуюся официантку. Его свита была тут же — они стояли под навесом у входа, Фаревелл не могла видеть их, выбегая из ресторана.
— Сучка, — процедил он со злобой, — я же предупреждал тебя, чтобы ты мне не мешала. Я говорил, что я всегда получаю то, чего желаю. А ты не дергайся, девка, — он прижал Мону к себе, не обращая внимания на ее слабые удары ладонями.
Фаревелл тяжело села в позу сэйдза, поджав ноги под себя. Левая нога невыносимо болела, в голове пульсировало в такт. Казалось, что кость внутри ноги раскалена настолько, что дождевая вода вокруг вот-вот начнет испаряться.
Дыхание медленно восстанавливалось.
— Сегодня затмение, привратница. Девчонку я уже получил, так что, ты пойдешь на закуску. Пусть мы с Локкартом и договорились только на две жертвы.
Свита Сердрана как по команде встала полукругом перед входом, не обращая внимания на льющие с неба потоки воды. Обычно скучающее лицо Эреба изменилось — он сосредоточенным взглядом рассматривал сидящую в воде Фаревелл, худая жилистая рука держала вакидзаси. Близнецы постукивали гладиусами по ногам, их будто совсем не занимало происходящее. Еще бы — в их глазах раненая хромая девушка угрозой быть никак не могла. Ингрид достала револьвер, большим пальцем покручивая барабан. Она с презрением свысока смотрела на Фаревелл из-под челки мокрых волос.
— Да, — продолжил Сердран, — договорились-то мы на две. Локкарт мертв, но сделка все еще в силе. А за его смерть кто-то должен отомстить. Принести в жертву его убийцу.
— Пожалуйста, не надо! — разрыдалась Мона, крупно дрожа, с мольбой глядя в холодные глаза Сердрана, — оставьте ее, я же здесь! Ты получил ту, кого хотел! Пожалуйста, не трогайте Фари!
Она умоляюще ухватилась Сердрана за лацканы дорогого пиджака, крупные слезы капали на темно-красную ткань. Тот, зарычав, отвесил короткую пощечину рыжей официантке. Девушка упала на пол, закрыв лицо руками, ее плечи дрожали от рыданий.