Естественно до грации трепетной лани, мне далеко, но это дело наживное. Самое главное, я поняла принцип.
Только хотела достать книжечку Эмили, как взгляд упал на поднос с нетронутым отваром. Так дело не пойдёт, будем симулировать «лечение» и полное подчинение, а заодно цветочки польём.
***
Я сама не заметила, как задремала в кресле. Вроде только на секунду глаза прикрыла, а рядом уже знакомая служанка стоит, осторожно так, трогает меня за локоть, будто я вот-вот запущу в неё чайником, и, что-то причитает.
Нет мне покоя. Поднялась, но не уверена, что проснулась. Дева тут же вооружилась расчёской, и стала быстро поправлять мою причёску, до которой лично мне, и дела не было. Волосы в глаза не лезут и ладно. Я вообще не имела представления, что у меня на голове творится. Зато краем сознания отметила, что корсет, хоть и доставляет неудобства, но уже не так мешается. Привыкла к нему что ли?
***
Огромные двери из тёмного дерева, больше похожие на ворота, которые и таран выдержат, со скрипом отворились, открывая моему любопытному взору большую пустую залу, освещаемую сотнями свечей. В их неровном пламени, прежде чем перешагнуть порог, я смогла рассмотреть лишь силуэты дев, да блеск их украшений. Я нахмурилась, когда непонятная мысль мелькнула в сознании, но я быстро потеряла к ней интерес. Больше волновал другой вопрос: а где, собственно говоря, сильная половина человечества, и обещанный ужин?
Шаг. Яркая вспышка озарила комнату, и тут же погасла. Все присутствующие, как по команде, обернулись ко мне. Я же, поёжилась от такого внимания. Большинство дев, я, слава Великому, не заинтересовала, и они быстро вернулись к прерванной беседе. А вот одна дамочка, удостоила меня взгляда: «что ты здесь потеряла, убогая»?
Тоже мне, фифа породистая. Задрала подбородок и криво усмехнувшись, прошлась по ней оценивающим взглядом. Высокую шатенку, затянутую в красное облегающее платье нельзя было назвать стойняшкой, но небольшая полнота, лишь придавала ей очарования. Она, будучи старше меня на добрый десяток лет, имела аппетитную для мужчин фигуру: округлые бёдра, длинные ноги, большой бюст, едва уместившийся в лифе, дополнительное внимание к которому обеспечивало мощное колье из серебра со вставками чёрного камня. На овальном припудренном личике, с выразительно подведёнными глазами, кривились пухлые губы, подкрашенные красной помадой.
Вот так и развиваются комплексы неполноценности.
Дамочка-стервочка, всё прочитала на моём лице и, победно улыбнувшись во все зубы, которые так и хотелось проредить, сморщила нос и фыркнула.
- Чего фыркаешь, пакость крашеная? Эй, паучиха, я к тебе обращаюсь!
- Кто посмел?! – взвизгнула та, топнув ножкой. Бюст опасно заколыхался, и дамочке пришлось в срочном порядке придержать его руками, дабы не опозорится.
- Ну я, - нагло ответил низкий женский голос.
Как и многие, я повернулась к источнику звука и застыла. Из плохо освещаемого угла, вышло… ла… Короче, если меня не мучают галлюцинации, то это была дева. Маленькая такая, крепкая дева, ростом не дотягивающая до моей талии, укутанная в нелепое, фиолетовое платье пышного фасона, которое зрительно, ещё больше укорачивало и разносило её. На сморщенном, как печёное яблоко, угловатом лице, расположился большой, крючковатый нос. Маленькие глазки-пуговки опасно сощурены, тонкие потрескавшиеся губы растянуты в плотоядной улыбке.
- Да как ты смеешь со мной разговаривать, недоросль?! – взвизгнула дева самоубийца.
Положа руку на сердце, признаюсь, я бы в сторону, эм-м-м, моей невольной защитницы, даже не вякнула бы.
- А что, я не права? Ты скольких муженьков в могилу свела? Пятерых? Вдова ты, чёрная.
- Да как ты смеешь?! – возмутилась дева, но отступила на пару шагов назад. - Это происки завистников! Каждого, я любила всем сердцем!
- Ага, да так, что бедняги брачную ночь не переживали, а ты, своими ручками загребущими, наследство под себя загребала.
- Да что ты знаешь, немощь? Я смотрю и ты не без греха, - прошипела дева, указав взглядом на мощный браслет собеседницы.
- Так мои сами дохли, али помогал кто. Мужик нынче хлипкий пошёл, - покачала та головой. – Вот только я, на всё живое не кидаюсь, как кошка мартовская. Да других девок не трогаю.
- О, да, - расхохоталась дева. - Достаточно на тебя взглянуть, чтобы разрыв сердца получить. Может и мужья твои, предпочитали смерть, а не счастливую семейную жизнь с тобой?