- Здесь? – с сомнением протянул Морион.
- К себе, я вас не поведу, - всё же расплывчатые представления о морали у меня имеются.
- Вы уверены?
- Герцог, - выдохнула я, указав на корсет. – Вы когда-нибудь носили его?
Морион едва не испепелил меня взглядом, но сдаваться я не собиралась.
- Вы хоть имеете представление, в каком состоянии находятся мои рёбра? Нет? Везёт. Да я дышу через раз, а служанки нет, я устала и хочу спать, но если я лягу в этом, то на утро не встану.
Морион поколебался, но всё же неуверенно шагнул ко мне.
- Повернитесь, - глухо проговорил он.
Не прошло и минуты, как на меня обрушилось блаженство. Я могла дышать полной грудью.
- Ох, хорошо-то как, - выдохнула я, отметив что у Герцога, в плане раздевание девиц наверняка большой опыт.
Придерживая на груди платье, поблагодарила спасителя.
- И как это понимать?!
Повернулась на голос. Злющий Дримур, стоял рядом и сжимал кулаки, на лице читало «сейчас буду бить».
- Дримур, - скривился Морион, - ты взрослый человек, давай обойдёмся без домыслов и беспочвенных обвинений.
- Беспочвенных? Да ты раздеваешь её в коридоре! Ты хоть соображаешь, что творишь? – прошипел тот, подлетая к нам.
- Дорогой братец, - пропела я.
- С тобой, я потом поговорю, - рыкнули на меня.
- Одну секундочку, - я само спокойствие, хотя высказаться ну очень хочется. – Прежде чем ты хоть слово произнесёшь, спешу напомнить, что я человек нервный. Особенный, но не безмозглый. Поэтому заявляю: усмири наконец свою фантазию, а то слово за слово, скандал, и продать меня будет весьма проблематично.
- О чём ты говоришь? – ошарашено спросил Дримур.
- Ну как же? Этот с позволения сказать отбор, ни что иное, как продажа залежалого товара. Как сказала одна моя новая знакомая, все мы тут второсортные невесты. Так что будь добр, не порть мне и без того подмоченную репутацию.
- Эмили!
- Доброй ночи, господа.
Я развернулась и, не обращая ни на кого внимания пошла к себе. Уже закрывая дверь, до меня долетело высказывание герцога, с которым я была абсолютно солидарна:
- Ты идиот, Дримур.
Умывшись и переодевшись ко сну, я легла на кровать и достала книжицу Эмили. Провела пальцами по её корешку, и прошептала, раскрывая книгу:
- Надеюсь, ты написала здесь что-то полезное.
На первой же странице, в «окантовке» из нарисованных морд чудовищ, я прочла:
Явится скоро, взору многих, моя вторая ипостась.
Когда-то брошена судьбою, в чужой, далёки мир.
И кара ждёт виновных в смерти.
Огнём сметёт всю ложь глупцов.
И вздрогнет прежний мир от мести.
И падёт…
Не я вершитель судеб многих.
Не мне нести сей тяжкий крест.
Она – лишь справиться сумеет.
Она сильней.
Моя вторая половина.
Как отраженье в зеркалах.
Но жить мы сможем лишь раздельно,
Заняв места друг друга в раз,
Моё родное отраженье… Моя сестра.
Книга выпала из рук. С трудом протолкнула в лёгкие ставший вдруг тяжёлым воздух и, вскочив на ноги, стала нарезать круги по комнате. За свою недолгую жизнь, я привыкла к странностям: путешествие между мирами, о которых в Нижнем и мечтать не смеют, зверьё пугливое, но это уже перебор! Не может это правдой быть! Я из Нижнего, там моя семья, и всё то, что мне дорого, а сейчас, какая-то сумасшедшая, парой сток, переворачивает мою жизнь вверх тормашками!
Схватила злополучную книгу и ещё раз пробежалась глазами по сточкам. Так. Брошена судьбою, чужой, далёкий. Тут я ничего не могла сказать, всё же память о детстве у меня отсутствовала напрочь. Но это ничего не доказывает! Дальше: кара, смерть – а вот это, дорогая моя Эмили, точно не ко мне. Я существо мирное, излишней тягой к убийствам не страдающая. Вершитель, крест – ну явно же речь не обо мне. Так-так-так, родное отражение. Сестра. Да твою же душу! Выдохнула и попыталась успокоиться. Если откинуть эмоции и пораскинуть мозгами, что выходит? Допустим, я сказала допустим! Эмили, моя сестра, Великий, как же дико звучит. Не отвлекаемся. Сестра. Отражение… мы близнецы?
От неожиданно накатившей паники, от которой даже руки задрожали, я села на пол, подтянула ноги к груди и обхватила их руками. Странно-то как. Вроде обычные писульки, а я до ужаса боюсь даже подумать, «отпустить»своё прошлое. Кажется ещё чуть-чуть, немного веры и Нижний раствориться без остатка. А я этого не хочу. Не нужна мне такая судьба с богатством и прочей мишурой. Я домой хочу! К людям, которые не позволили мне сдохнуть в том лесу, к людям, что воспитали и вырастили меня как родную.