Юлиана не нашла слов и молчала, неподвижно замерев на своем месте.
- Несмотря на всю строгость, его жена… Моя родная мать умерла от болезни, - продолжил Стас, - и мой отец женился повторно на старшей сестре Антона Павловича. Ты не поверишь, но характер у нее даже хуже, чем у него! Я так ненавидел ее в девстве! Меня постоянно все ругали!.. Только Илья все время заступался и утешал меня. – При воспоминаниях о брате он смягчился, но затем вновь стал серьезным и сосредоточенным. – А сейчас, я бы все отдал, чтобы только услышать, как она отчитывает Антона Павловича, ворчит на Илью и меня. Рядом с ней все были, как шелковые! Еще бы! Четверо мужчин в семье, не говоря уже об учениках отца и других людях, окружавших нас. Она не могла иначе, она заменила Антону мать, ей нужно было быть сильной. Но, несмотря на всё это, она была добрейшим человеком, не равнодушной к чужому горю, кому-нибудь да помогала даже самой малостью. И в тот день тоже. Она лишь сделала замечание Герману, обидевшего девочку и подравшегося с мальчишками, а он сказал своему отцу, что те ссадины и синяки от драки на его теле оставила она, что ударила его ни за что. Естественно Кайсаров, обожающий своего сына, разозлился. Как у главы клана, у него большие возможности и перечить ему – подписать себе смертный приговор. Отец осмелился ему возразить и даже не побоялся дать физический отпор. Но прибывшие патрульные не стали разбираться, заметив, как кто-то сражается с главой клана, они тут же устранили противника. Виктория последовала следом за то, что вместе с отцом оклеветала Кайсарова и его сына.
Стас тяжело вздохнул своим мыслям, глядя куда-то в неопределенную точку, словно видя перед глазами картинки прошлого, он добавил:
- А мы… Мы еще долго ходили под упрекающими взглядами окружающих, верящих, что отец и, правда, унизил Кайсарова. Илья пытался продолжить дело отца, обучал фехтованию детей, но их становилось всё меньше и вскоре денег стало едва хватать. Нам пришлось переехать в Эрнелис к тетке Антона Павловича. И однажды Илье повезло встретить кого-то из приближенных Шумака, кажется, Илья и Антон помогли им в бою и глава клана пригласил их в Алиран. Нужно было зарекомендовать себя в показательных боях, с чем они отлично справились и начали военную карьеру.
Юлиана, заслушавшись историю Стаса, осторожно спросила:
- А ты?
- А я… Поехал вместе с ними! В военный отряд набирали с шестнадцати лет, мне на тот момент только исполнилось двенадцать, но жить с престарелой теткой, хоть и заботливой, я не хотел. К тому же, накануне до этого я побывал с ней в Сенджине и столкнулся там с Германом. Он ни капельки не изменился за то время. По-прежнему не испытывал жалости к людям. Я дал себе слово, что обязательно стану лучшим мечником в клане! И однажды встречусь с ним на поле боя.
Юлиана медленно подошла к Стасу и прильнула к его плечу со спины, невесомо касаясь ладонями. Он вздрогнул, очнувшись от забвения и почувствовав ее близость, но ничего не сказал.
- Я и не знала, что вы так часто с ним пересекались, - прошептала Юлиана.
- Я ненавижу его всем сердцем! – признался Стас. – Он разрушил всю мою семью! Перед смертью Виктория сказала, что любит меня вопреки моим поступкам. Я так боялся забыть маму! – Стас поднял голову, горестно вздохнув. – Но отец любил ее. Он был по-настоящему счастлив рядом с ней. И я…
Юлиана крепко обняла Стаса, чувствуя, как взволнованно бьется его сердце, как тело дрожит вовсе не от холода, слыша в его голосе сожаление и печаль. Она знала совсем другую сторону Германа. Не хотелось верить, что это было только из-за статуса, но реальность настоящего рисовала другую действительность. Она не могла исправить ошибки прошлого, не могла изменить воспоминаний и вымолить прощение за содеянное. Всё, что было под силу ей здесь и сейчас - проявить заботу и поддержку.
Стас обнял ее в ответ, наклонив голову к ее макушке, восстанавливая дыхание и приводя чувства в порядок. Юлиана не отходила и ждала, была готова ждать столько, сколько понадобиться, не отпускать его хоть всю ночь, лишь бы унять боль в сердце и успокоить душу. Рядом с ним и ей становилось легче, чувствуя его тепло, она ощущала себя в безопасности и могла преодолеть любые неприятности.
Белые мотыльки за окном заставили Юлиану отвлечься. Она повернула голову, всматриваясь в белые блики.
- Стас, снег пошел! – воскликнула Юлиана, прильнув к окну и потянув за собой парня.