Юлиана посмотрела в окно, но все время светивший напротив фонарь угас, желтые лучи света перестали освещать темную улицу, сгустив ночные краски.
- Я бы выпил, - сказал Антон Павлович. – Составишь мне компанию?
Юлиана посмотрела на мужчину, разливающего алкоголь для себя и для нее с Кириллом.
Взяв в руку, наполненную доверху рюмку, он тяжело вздохнул, на глаза легли тени, лицо сделалось печальным.
- За Стаса, - сказал он, не поднимая взгляда.
- И всех погибших солдат, - добавил Кирилл.
Антон Павлович коротко кивнул и выпил все до последней капельки.
Юлиана осторожно коснулась губами горького алкоголя и отпила небольшой глоток. Антон Павлович наполнил опустевшие рюмки и, посмотрев на Юлиану, вновь осушил свою порцию. Следом за ним выпил и Кирилл.
- Допивай, еще добавлю, - сказал Антон Павлович, разглядев сомнения Юлианы.
Она резко выпила всю рюмку, почувствовав в горле приятное тепло. Антон Павлович добавил еще. Не смея отказать командиру, Юлиана выпила новую рюмку, а затем третью. Она успела заметить, как Кирилл отошел к раковине и перемыл остатки посуды, но затем всё начало расплываться. Сбившись со счету в выпитом алкоголе, Юлиана смутно помнила, как Антон Павлович помог ей добраться до комнаты, а затем ею овладела тишина, и прочно укутал сон.
Юлиана раскрыла глаза, пытаясь припомнить, как смогла уснуть в собственной постели. Она обвела взглядом комнату, погрузившуюся в золотые солнечные лучи. Протянув руку и поймав пальцами лучик, Юлиана словно бы могла почувствовать его тепло, взять в свою ладонь и держаться за него, как за тонкую ниточку.
Она спустилась на первый этаж, окунувшись в привычную повседневную жизнь солдат. Ничего уже не напоминало о внезапном нападении воинов Кайсарова. Но для Юлианы всё стало непривычно тихо, ей не хватало мягкого голоса Стаса, его смеха, его поддразниваний. Как бы ни было обычно в штабе, часть его нерушимой стены заметно пострадала и дала трещину, которую невозможно замазать.
Антон Павлович сидел в зале, ожидая появления солдат, но при виде Юлианы едва заметно улыбнулся, с интересом уставившись на нее.
- Как спалось?
- Так вы это специально сделали? – поняла Юлиана, рассмотрев лицо заместителя отряда. – Напоили меня вчера?
Антон Павлович выдохнул, с его лица исчезла тень улыбки.
- Ты боялась оставаться одна, когда опасности еще не было. После нападения солдат, страхи лишь усилились, теперь они не напрасны, ведь так? Только так тебя можно было расслабить, - объяснил Антон Павлович. – Но Стас обещал тебе, что ты будешь в безопасности. Никто не посмеет добраться до тебя. Ты можешь спать спокойно. Сначала им придется столкнуться с нами.
- Его комната в двух шагах… - прошептала Юлиана. На вопросительный взгляд мужчины, добавила уже громче. – Он говорил – его комната в двух шагах, рядом вы и Илья Игоревич. Я окружена лучшими воинами отряда и безопаснее места нет.
- Что ж, он был прав, - отозвался Антон Павлович. – Не переживай ни о чем. Доверь все заботы нам.
Юлиана кивнула, не успев поблагодарить его, в зал вошли солдаты, отвлекая внимание на себя.
Командиры объяснили Юлиане, что отряд был выманен из штаба специально. Следуя мнимым слухам и направляясь по приказу Шумака устранить неурядицы, они оставили штаб полупустым. Зная, что в нем живет Юлиана, Герман направил свои войска, чтобы поймать ее. По счастливой случайности Илья Игоревич отпустил всех учеников по домам, еще совсем юные мальчики, обучавшиеся в отряде, не пострадали. Разъехалась и часть солдат, не участвующих в походе. Безлюдный штаб остался уязвимой мишенью для солдат Кайсарова, им оставалось только проникнуть внутрь и схватить Юлиану, но даже в том случае они наткнулись на отпор бесстрашных воинов Алирана.
Даже окруженный противниками, словно стаей диких ос, Стас сражался до последнего вздоха и умер с мечом в руках, как всегда и мечтал. Юлиана спешно отогнала навязчивые мысли.
- Нам еще предстоит выяснить, как Герман узнал, что ты здесь, - поделился мыслями Илья Игоревич.
Кирилл, считавший себя ответственным за эту информацию, нервно сжал губы. Он винил себя, что позволил штабу пострадать, считал, что должен был работать лучше и не допустить утечки информации, не должен был позволять проникнуть ложным сведениям в штаб.