Они допивали чай в тишине, глядя в окно на выкатившуюся белую луну на темно-синем небе в окружении множества мелких звезд. Это была приятная тишина – теплая, обволакивающая, спокойная, впервые с последних событий Юлиана не вздрагивала и не боялась этой тишины, знала – рядом с ней те, кто сможет защитить, кому она может доверить не только тело, но и душу.
- Уже поздно, - Кирилл поднялся на ноги, отставив пустые чашки, - ложись спать.
Глаза Юлианы действительно слипались от усталости, она тут же прильнула к подушке, едва забросив ноги на кровать.
Кирилл наклонился и укрыл ее одеялом, сквозь дремоту Юлиана разглядела его заботливый взгляд.
- Спокойной ночи, - шепнул воин и, забрав со столика поднос, вышел из комнаты.
Глава 26
Утром, как и предупреждал Кирилл накануне, мышцы протяжно ныли, но Юлиана все равно заставила себя подняться с кровати и пойти на тренировку в зал, где уже собрались солдаты.
Антон Павлович выжидающе смотрел навстречу, зная о физическом состоянии Юлианы. Она улыбнулась заместителю командира и вызывающе вскинула брови, чем рассмешила стоявшего рядом с другом Илью Игоревича.
- Сначала разминка, - объявил Антон Павлович.
Юлиана оглянулась вокруг и начала повторять за солдатами простые упражнения.
- Хорошенько разогрейся перед тем, как выполнять что-нибудь, - подошел к ней Женя.
- Поняла, - кивнула она.
- Уверена, что сможешь сегодня заниматься? – беспокойно посмотрел на нее Кирилл. – Мышцы болят?
- Ерунда, справлюсь, - отмахнулась Юлиана.
- Приступим! – голос Антона Павловича разлетелся по залу, привлекая внимание.
- Здесь нет снега, уже радует! – отметила Юлиана. Солдаты улыбнулись ее замечанию.
Несмотря на отсутствие холодного ветра и снега заниматься Юлиане все равно было не просто, как бы не пыталась унять боль в теле, мышцы сковывали движения, словно тугая резина. Юлиана не жаловалась, понимая, что малейшая жалоба заставит Антона Павловича передумать, беспрекословно выполняла всё, что он скажет, и продолжала работать.
Через несколько дней к тренировкам добавилось новое упражнение – в зале появилось бревно, такое узкое, что на его поверхности едва умещалась нога, оно возвышалось над полом на расстоянии около метра и выглядело шатким.
- Проверим твою координацию, - сказал Антон Павлович, указав Юлиане на узенькое бревно, – тебе всего лишь нужно пройти с одного края до другого.
- Ладно, - кивнула Юлиана и забралась на бревно. Она сделала несколько шагов, бревно зашаталось, словно при шторме, ноги задрожали и предательски сорвались вниз.
- Никакого равновесия, - разочаровано протянул Антон Павлович. – Заново!
Юлиана поднялась с приготовленных заранее матрасов на полу и вновь вернулась на бревно. Снова сделав несколько шагов, ее качнуло в сторону, затем в другую, дрожащие ноги отказывались удерживаться и соскользнули вниз. Юлиана плюхнулась на матрас, но все равно отбила себе все руки.
- А можно он не будет шататься? – оглянулась она на неустойчивую конструкцию, сбрасывающую ее вниз.
- На канатном мосту на обрыве ты так же скажешь? – парировал в ответ Антон Павлович. – А если вместо моста просто ствол дерева, который может спасти тебе жизнь?
Юлиана вздохнула, но вернулась на бревно без лишних возражений. Сосредоточившись, она сделала шаг, медленно продолжила второй, бревно под ногами затряслось, но ей удалось удержаться и выпрямиться. Несколько секунд постояв неподвижно, Юлиана продолжила медленно продвигаться вперед. До конца оставалось пару шагов, воодушевленно выставив ногу, Юлиана скользнула по тонкой поверхности бревна и сорвалась на пол.
Матрасы ничуть не помогли при падении, на этот раз Юлиана будто упала на твердую землю, задела ногой незаметную кочку и почувствовала в лодыжке жгучую боль, пробежавшую волной по всему телу. Она медленно присела, потирая ушибленные бока. В ноге нарастало неприятное ощущение, усиливая вернувшуюся в месте ушиба боль.
- Еще раз! – вздохнул Антон Павлович.
Юлиана пошевелила ногой, ступила на нее, когда поднялась с матраса и едва удержалась на месте, ухватившись за бревно.