В глазах Жени блеснули капельки слез. Он схватил руку Даны, но так и не смог ничего сказать, его губы дрогнули, но из горла вырвался лишь кашель, струйка крови покатилась вниз по подбородку.
- Жень… - не в силах что-либо сказать, протянула жалобно Дана. – Женя…
Она так и не сумела, сказать о том, как он важен для нее, какое особое место занимает в ее сердце.
Он прикрыл глаза, тело обмякло, руки опустились. Отчаянный крик Даны сдержали лишь голоса воинов Шумака, оказавшихся рядом.
- Женька, а ну держись!
- Не смей умирать, приятель!
- Скорее в штаб!
Дана ухватилась за рукав Жениного пиджака, не желая с ним расставаться. Мужчины подхватили парня и поспешили к врачу.
***
Юлиана сидела на веранде под теплыми солнечными лучами в окружении солдат. Ветер теребил листву на деревьях, аромат цветов на недавно высаженной ею клумбе разносился по двору, а на одном из деревьев щебетали птицы, порхая возле кормушки. Слушая собеседников, Юлиана покрутила на шее кулон, подаренный Ильей Игоревичем. С тех пор, как он оказался у нее, она никогда его не снимала. Их взгляды с Тимуром встретились, мужчина сдержанно улыбнулся, но дальнейший разговор оборвали голоса ворвавшихся в штаб воинов.
Вместе со всеми Юлиана поднялась на ноги, подойдя ближе ко входу. Вернувшиеся солдаты несли на руках раненого Женю, криками вызывая врача. Рядом с ними, не отпуская руки парня, шла Дана. И даже когда Женю занесли в лазарет, она отказалась покидать комнату и оставлять молодого человека.
- Что случилось? – поинтересовался Тимур у вздыхающих вернувшихся из города солдат. Их одежда была потрепана и испачкана, сами мужчины были изнурены и ранены.
На шум подошли Илья Игоревич и Антон Павлович, остановившись в нескольких шагах.
- Кайсаров! – выдохнул один из солдат.
- Он послал в город своих людей, - продолжил другой. – Они напали на Женьку!
- Он сражался один против целой толпы…
Илья Игоревич и Антон Павлович переглянулись. Они не были удивлены, но лица обоих озадачились.
При упоминании Германа кожу Юлианы покрыл холодный озноб, но тревожные мысли о собственной безопасности вытеснили переживания за Женю. Вспомнив, что он уходил из штаба, чтобы встретиться с ее подругой, Юлиана вздрогнула и сделала несколько шагов к солдатам:
- А Дана? Она не пострадала?
- Нет, кажется, нет, с ней всё в порядке.
- Есть хоть какие-нибудь шансы, как думаете? – присев на деревянный пол, протянул устало один из воинов.
Юлиана едва не пошатнулась. Она посмотрела на командира и дрогнувшим голосом едва слышно спросила:
- Он искал меня?
- Кажется, не поверил, что ты умерла, - сказал Антон Павлович задумчиво.
- Кирилл был прав – кто-то сообщает ему об этом, - упомянул другу Илья Игоревич.
Антон Павлович кивнул:
- Скоро и местоположение узнает.
Оба тяжело вздохнули, но отложили разговор.
Минуты ожидания тянулись очень долго, едва дыша, Юлиана оглядывалась на дверь, но врач всё не показывался. В нервном ожидании стояли и солдаты.
Спустя время на улице показался врач. Воины выпрямились, ожидая его слов.
- Ну что? – озвучил общий для всех вопрос Антон Павлович.
- Увы, - сочувственно покачал головой врач, - он серьезно ранен, ему ничем не помочь.
- Черт! – выкрикнул Тимур и яростно ударил кулаком в стену.
- Я оставил девушку там, кажется, им есть, что сказать друг другу.
Глаза Юлианы потеплели. Слова врача медленно просачивались под кожу, обездвиживая движения, дыхание стало прерывистым. Ей не хотелось верить, что такой жизнерадостный и добродушный парень как Женя, мог умереть. Он не заслуживал смерти. Он вечно рвался в бой, но всегда мечтал о мире, в его глазах всегда сияло солнце даже в самый пасмурный день. Неужели она больше никогда не услышит его задорного смеха? Она больше не увидит, как он дурачится с друзьями, как робеет в присутствии Даны. Всё это останется только воспоминанием.