Наконец, он будто вынырнул из своих мыслей и вновь посмотрел на Юлиану потемневшим пристальным взглядом.
- И даже на колени встанешь? – холодно произнес он.
Юлиана потерла глаза с неутихающими слезами, глядя в размывающуюся фигуру перед собой, и медленно опустилась на пол, едва осознавая, к чему приведет этот разговор. Все ее чувства смешались в единый комок.
Герман вздрогнул, едва не подскочил на ноги, но тут же опустил плечи и разочаровано, тяжело вздохнул.
- Ради Окатова? – пытаясь скрыть раздражение, смешанное с удивлением, тише произнес он. - Что в нем такого?
- Я люблю его, - призналась Юлиана без утайки, честно и бесстрашно посмотрев в лицо когда-то близкого ей друга. – И если есть хоть какой-нибудь шанс спасти его… я тебя прошу… я обещаю всё сделать.
Юлиана вновь покопалась в сумке и вынула стопку бумаг. Поднявшись с пола, она подошла к столу и протянула их Герману.
- Вот, документы на больницу отца и на мою квартиру. Этого мало, но… Я заработаю и отдам тебе остальное. Только, пожалуйста, оплати операцию сейчас, договорись, чтобы ее сделали побыстрее, у него очень мало времени.
Герман горько усмехнулся и покачал головой. Он смотрел на Юлиану и не узнавал, взгляд его блуждал по ней, выискивая старую подругу. Юлиана и сама себя не узнавала. Перед глазами стоял туман. Она не хотела плакать, не хотела представать перед ним такой. Не хотела вновь сталкивать Германа и Стаса, но безнадежность подкатывала к горлу, заставляя хвататься за любую возможность, заставляя делать безрассудные вещи, показывать свою слабость и удушающее отчаяние.
- Только ты можешь оплатить эту операцию. Ты можешь договориться о ней быстрее, чем это сделают все врачи. Пожалуйста. Я хочу, чтобы он жил. Хочу этого. Прошу. Скажи мне, что я еще должна сделать?
Юлиана с мольбой посмотрела на Германа.
- Выходи за меня, - ответил он, посмотрев на нее в упор. – Я оплачу операцию и договорюсь о ближайшей дате, если ты выйдешь за меня замуж и перестанешь видеться с Окатовым.
Юлиана удивленно замерла, тяжело дыша и всхлипывая от неугомонных слез. По лицу Германа по-прежнему невозможно было разгадать каких-то эмоций.
- Ты видела сумму? Это очень дорогая операция. Твое имущество не покроет расходы. Но если ты будешь со мной, выберешь меня, а не Окатова, я готов полностью оплатить все издержки. При условии, что ты никогда с ним больше не увидишься.
- Хорошо, - недолго думая, кивнула Юлиана, утирая слезы, не дав Герману закончить.
- Что? – переспросил Герман и уточнил, - ты уволишься из их компании и переедешь в Сенджин.
- Ладно, - вновь кивнула она решительно.
- Мы заключим брачный договор, - продолжил Герман. – Больница твоего отца, твой дом пойдут в счет будущей операции, работать ты будешь только в офисе Мариум-групп. Никаких контактов с Окатовым и его окружением, ты поняла меня?
- Я согласна, если он будет жить, согласна. Добавляй всё, что хочешь в этот контракт, только дай мне побыть с ним хотя бы несколько дней после операции.
Герман покосился на нее, выждал какое-то время, словно ожидал запоздалой реакции, но возражений не последовало.
- Я дам тебе неделю, а после ты навсегда выкинешь его из своей жизни.
- Этого достаточно, - кивнула Юлиана.
Герман с сомнением оглядел ее, но, так и не дождавшись возражений, сказал:
- Мне нужно пару дней, чтобы подготовить документы. Тебе есть, где остановиться?
- Да, я сняла номер в отеле.
- Тогда жду тебя через два дня, - с выдохом ответил он.
Томительные ожидания сводили с ума, Юлиана отчитывала часы до встречи с Германом, еще больше ожидала операции. Чтобы чем-то занять себя в эти дни она побывала в медицинском центре Медисан и осмотрела больницу, показавшуюся ей другим миром. Огромное технологичное здание с собственным парком и библиотекой, небольшим магазинчиком и несколькими киосками внутри. Здесь было все для комфортного пребывания пациентов и врачей. По сравнению с больницей, где лежал Стас сейчас, Медисан был городом, огромным мегаполисом с самыми нужными и необходимыми вещами.
Ознакомившись с местом, где Стасу предстояло сделать операцию, Юлиана успокоилась. Здесь ему точно могли помочь. Он будет ощущать себя комфортно. Возможно, ему даже позволят выбрать себе наиболее приглянувшуюся палату.