Юлиана кивнула.
- Мне надо на работу, - взглянув на часы, поделился Герман. – Найдешь, чем заняться?
Юлиана вновь молча кивнула.
- Пользуйся, - Герман указал вокруг себя, - всё в твоем распоряжении. Вечером сходим в ресторан.
- Я могу сама что-нибудь приготовить, - ответила Юлиана.
- Не надо. Я могу себе позволить сводить свою жену в ресторан.
Юлиана усмехнулась, непривычно было слышать в отношении себя слово «жена» и уж тем более от Германа.
Он слегка улыбнулся и, попрощавшись, ушел.
К вечеру Юлиана закончила распаковывать вещи, но еще до конца так и не осознала, что в этом доме ей теперь предстоит жить и в Алиран она не вернется. Бродя по комнате, она пыталась почувствовать в этих стенах что-то родное, вышла в гостиную, но и там не смогла найти нужного тепла. Ничего не грело душу, а сердце молчало, будто забытое в совсем другом месте, куда утягивали все воспоминания.
Подойдя к окну и взглянув на голубую поверхность реки, Юлиана услышала далекий голос Стаса, стремившегося сбежать из города к озеру. Этим планам не суждено было сбыться, они не исполнятся теперь никогда. С грустью опустив голову, Юлиана прикрыла глаза.
Из прихожей послышался звук открывающейся двери, в гостиную вошел Герман.
- Чем занимаешься? – поинтересовался он, расслабляя на шее галстук.
- Вид из окна красивый, - натянула улыбку Юлиана.
Герман подошел к окну, рассмотрел дома и вечернее небо.
- Ты что, не видела его раньше? – улыбнулся он, подправив ее волосы на плече.
- Теперь всё по-другому, - призналась Юлиана.
Герман замер, улыбка медленно растворилась с его лица, он посмотрел куда-то в сторону с таким непривычным взглядом зеленых глаз, будто растерянным. Он еще раз выглянул в окно, выдохнув, и сказал вернувшимся беззаботным тоном:
- Я голодный, поехали скорее ужинать!
Сидя в ресторане будто бы с другим человеком, словно это был не тот Герман, которого Юлиана знала в детстве, не тот парень, с которым она дружила в Алиране, а кто-то совершенно неизвестный ей, но в то же время знакомый, Юлиана пыталась понять свои чувства, пыталась угадать мысли Германа, решить, как теперь жить им обоим.
- Ты говорил со своим отцом? – спросила она. Кайсаров-старший всегда был очень строг, Герман, хоть и бунтовал, но слушался мнения отца.
- Да, рассказал ему о нас.
- И что он?
Герман медленно дожевал кусок, не то растягивая время, не то вспоминая не очень хорошую реакцию отца, о которой не хотел упоминать. На мгновение в мыслях Юлианы промелькнула слабая надежда. Герман отпил из стакана воды и посмотрел на нее с легкой улыбкой.
- Он рад. Ты ему нравишься, Юлиана.
Юлиана лишь кивнула в ответ и продолжила есть.
- Хочешь десерт? – предложил Герман, заполняя образовавшуюся между ними тишину, перерастающую в тяготившую паузу.
- Давай, - сухо отозвалась Юлиана, предпочитая занимать мысли вкусовыми качествами блюд, чем думать о чем-то неприятном. Да и разговаривать с Германом ей не хотелось. Понимая это, он и сам перестал что-то вытягивать из нее.
Домой они вернулись в молчании, перекинувшись лишь несколькими фразами. Сославшись на усталость с дороги, Юлиана ушла в свою комнату и не выходила до самого утра.
Однажды позвонил Женя, сказал, что он, Кирилл и Дана во дворе ее дома и попросил выйти, но Герман запретил.
- Я же просил забыть о них, - сказал он, нахмурившись.
- Но они не Стас! – возразила Юлиана. – Ты говорил только о нем.
- Я говорил об Опале! Обо всех, кто там работает! Дана, да, пожалуйста, не запрещаю ей навещать тебя, но все, что касается остальных, забудь!
Юлиана села на диван и бессмысленно нажимала на кнопки пульта, пока Герман приводил в порядок свои рабочие документы на журнальном столике. Он вновь пытался разговорить ее, узнать, чем они будут заниматься в ближайшие дни, есть ли какие-нибудь планы, но каждый раз она отстраненно отвечала: «Не знаю».
Спустя время Герман тяжело вздохнул:
- Ладно, иди.
Юлиана с удивлением посмотрела на парня, не показалось ли ей, верно ли расслышала его слова.
- В первый и в последний раз! – предупредил он. – Пусть больше не приезжают сюда.