Юлиана опустила ноги на мягкий ковер, накинула на кровать покрывало и спустилась на первый этаж своей квартиры в таунхаусе. Со вздохом она вошла на кухню, где уже хозяйничала ее подруга, оставшаяся в гостях с ночевкой.
- Доброе утро! – сказала Дана бодро, заколов длинные черные волосы заколкой и приступив к готовке. – Опять какое-то потерянное лицо. Снились кошмары?
- Не кошмар, но опять тот же самый сон, - протянула Юлиана, плюхнувшись на стул.
- О тех парнях из казармы? – уточнила Дана, не отрываясь от замешивания яичницы.
- Постоянно снятся, - кивнула Юлиана. – Я будто смотрю сериал. Может мне к врачу показаться?
- Твой отец был врачом, - сказала Дана, поставив напротив Юлианы тосты, – у него должны быть знакомые специалисты. Хотя я думаю – это пройдет. Ты просто еще не пришла в себя после его смерти.
- Может ты и права, - вздохнула Юлиана, вяло откусив кусочек хлеба. Отец умер семь месяцев назад, но она до сих пор не могла прикоснуться к его вещам и разобраться с оставшейся ей в наследство небольшой клиникой. Дело отца медленно увядало и держалось только благодаря его помощнику и любящим его специалистам клиники.
- Тогда расскажи, что там тебе еще снилось? Они хоть красавчики? – усмехнулась Дана и вылила яйца на сковороду, по кухне разнеслись звуки шипящего масла и аромат готовящейся еды.
- Не знаю, - прикрыв глаза, Юлиана втянула запах яичницы и свежей зелени на столе, будто переносясь в другую эпоху, - я не помню их лиц. Ничего не помню. – Она раскрыла глаза и встала со стула, направившись за кружкой. – Но снятся они мне постоянно.
- Ты не похожа на сумасшедшую, - сочувственно протянула Дана.
- Тогда, что со мной не так? – задалась вопросом Юлиана. Но ни у нее, ни у подруги не было ответа.
- Кстати, ты подала документы в Опал? – спросила Дана, переводя тему разговора.
- Да, и они уже ответили мне приглашением на стажировку! – довольно улыбнулась Юлиана.
- Здорово! – обрадовалась Дана. – Я знала, что у нас получится!
Подруги радостно улыбнулись друг другу. Стажировка в Опале была хорошей перспективой для студентов их ВУЗа в качестве дальнейшего трудоустройства в фирме. Опал совсем недавно начал такое сотрудничество с учебным заведением, они отбирали студентов и позволяли им работать в штате совместно с учебой с последующим трудоустройством. Фирма была небольшой, но перспективной. Юлиана уже строила грандиозные планы и составляла бизнес-проекты по развитию их деятельности.
- Папа бы гордился мной! – довольно сказала она. Юлиана смогла поступить в университет, несмотря на свалившиеся на нее трудности, и пройти отбор в стажеры Опала. Оставалось зарекомендовать себя как хорошего работника и получить официальное место среди служащих фирмы.
- Определенно! – согласилась Дана. – А что сказал на это Герман?
- А что он должен сказать? – замялась Юлиана.
- Вы с ним вроде как встречаетесь, - улыбнулась Дана с хитрецой.
- Ничего подобного! – запротестовала Юлиана. – Мы просто хорошие друзья.
- Ну да, ну да, - хихикнула Дана в ответ. – А кто это тебя замуж звал?
- Он шутил! – Но и в этот раз подруга не поверила. – Во всяком случае, я не сказала «да».
- Почему? – поинтересовалась Дана. – Симпатичный, богатый, горы за тебя свернет. Зачем отказываться?
- Я и не отказывалась, - ответила Юлиана. – Просто… просто…
- Просто что? Тебя что-то останавливает?
- Меня пугает его безграничная власть, - призналась Юлиана.
- Да, - задумалась Дана над ее словами, - если бы он был депутатом, то метил бы в кресло президента, не меньше. У него высокие амбиции.
- А еще я… Я не уверена, что люблю его по-настоящему.
Юлиана вспомнила друга детства. Герман всегда был рядом, так как с ним, она не общалась ни с кем, да и не было в ее жизни настолько близких ей парней. Когда были маленькими, и Юлиана ездила с отцом в Сенджин, всегда играла лишь с Германом, пока их отцы посвящали время работе. В школьные годы Герман часто приезжал в Алиран, катал ее на папиной машине с водителем, водил в парки аттракционов и покупал приятные мелочи. Казалось, всё то внимание, и все подарки должны были расположить сердце Юлианы к парню, и Герман ей очень нравился, но любовью это она назвать не могла. К тому же нередко вспоминала настороженность папы к семье Кайсаровых, видела, каким властным был отец Германа, каким дерзким был он сам, а после его назначения приемником компании, он стал еще более суровым и вспыльчивым.