- Теперь мы точно ее убьем! – сказал Стас.
- Но людям не запрещено знать, кто мы такие, - возразил Женя.
- Она слишком много знает! – заявил Стас. – Это не все познания о нас, ведь так?
- Может быть, - не скрываясь, призналась Дана, - но до сих пор еще не достаточны. Я должна была убедиться, что мы будем здесь в безопасности, и что нам с бабушкой не придется искать новый дом. К тому же, я видела вас однажды на улицах города. Кажется, вы остановили хулигана. Тогда вы не были таким подозрительным. Это изменилось с тех пор, как вы узнали Юлиану? Боитесь за нее? Или за город, если Герман придет и сюда?
Юлиана опустила глаза в неловкости. Осознание того, скольких людей она подвергает опасности и лишает спокойного сна, вдруг сковало тело в напряжении.
- О, нет, - беззаботно ставил Женя, - он всегда был таким.
Стас метнул в него строгий взгляд. Женя сглотнул, но печенье стало поперек горла, он осторожно отодвинулся и отхлебнул из чашки чай.
Дана улыбнулась и подлила ему еще чая.
- Вы совсем не пьете, - указав на полную чашку Стаса, сказала Дана, - вам не нравится чай? Не уж то подозреваете нас с бабушкой, потому что мы из Сенджина? Или предпочитаете кофе? Я могу сварить!
- Нет, - возразил Стас, - достаточно и чая!
Он сделал глоток и вновь позабыл о напитке.
- Странный он какой-то, - разливая себе и Юлиане добавку, поделилась она тихо.
Юлиана небрежно пожала плечами и улыбнулась подруге. Она будто вечность ее не видела и всё никак не могла налюбоваться, - девушка совсем не пострадала от нападения Германа и даже сохранила свое прежнее бесстрашие.
В окно заглянуло солнце, утонув в длинных черных волосах Даны, словно в глубокой морской волне, осветлило и без того светлую кожу девушки и озарило алые губы, растянувшиеся в улыбке. Дана вновь разлила всем чай.
Едва вздохнув, Юлиана сделала глоток и замерла, рассматривая, как на поверхности янтарного напитка пляшут солнечные блики.
- Вы не виделись с тех пор? – спросила она осторожно, но подруга поняла о ком речь, даже без уточнений.
- По правде говоря, до меня доходили слухи, что творилось в его замке, но… бабушка запретила мне туда приближаться!
На какое-то время они замолчали, а затем Дана поинтересовалась:
- Что с тобой случилось там?..
Юлиана не торопилась отвечать, не знала к чему подступиться и как описать. Она столько раз прокручивала в голове прошедшие события, презирала солдат Германа, ненавидела их, но и боялась, настолько, что до сих пор иногда вздрагивала от солдат Шумака. В ее глазах, казалось, навсегда поселился страх, но воины Алирана вели себя совершенно иначе. Командиры отряда тщательно следили за дисциплиной и строго контролировали каждого из мужчин, любое неповиновение, любое нарушение правил сурово наказывалось. Поначалу недоверчиво и с опаской озираясь на солдат, Юлиана привыкла к воинам Шумака и смогла расслабиться, понимая, что в этом месте ее никто не посмеет тронуть, над ней не будут издеваться, и те шутки и приставания, что позволял своим воинам Герман на зло ее непокорности и неприступности, никогда не будут допустимы в отряде под руководством Ильи Игоревича.
- Стас, ты видел ту коллекцию? – указав на небольшой шкафчик с вещами Даны, оставшимися от деда и родителей, Женя соскочил со стула и потянул друга за собой. – Пойдем, посмотрим. Уверен, половину ты не видел никогда!
Стас без единого слова пошел следом за Женей. Юлиана проследила за ними с благодарностью. Оба знали, что ей пришлось пережить у Германа, но не догадывались обо всех деталях. Понимая, что разговор при них будет смущать всех, воины предпочли оставить подруг наедине. Юлиана, почувствовав, что впервые с момента, когда сбежала из Сенджина, может с кем-то поговорить и рассказать о том, что ее тяготит, едва не расплакалась. Дана вовремя протянула салфетку и ободряюще погладила ее мягкой ладонью по плечу.
- Какой же он всё-таки негодяй! – нахмурилась Дана после рассказа Юлианы. – Лицемер проклятый! Всегда считала его таким приятным молодым человеком, а он вот каким оказался.
К столику подошел Стас и отвлек внимание девушек на себя.
- Нам пора, - коротко сказал он.
Юлиана кивнула.
- А как же мое убийство? – прокомментировала вслед Дана.