Обида тут же сменилась гневом. Юлиана посмотрела в бесстыжие глаза Стаса, но голоса за спиной не дали ей сорваться на молодом человеке.
- Это еще кто? – прошептал под нос Стас.
- Мирослав?
Юлиана осторожно подошла навстречу молодому человеку, двигающемуся в сопровождении главного командира.
- Доброе утро, Юлиана, - улыбнулся Мирослав с открытой веранды.
Она удивленно посмотрела на Илью Игоревича, но тот заметил позади нее едва одетого брата и недовольно нахмурился.
Парень подошел к нему и гостью, наградив того оценивающим надменным взглядом и представился полным именем и званием, занимавшим в отряде Шумака.
- Мирослав Игошин… - он замялся, обдумывая, что же сказать дальше, - друг Юлианы.
- Что это за звание такое… - продолжая оценивать Мирослава, протянул Стас, но Илья Игоревич его остепенил.
- Мы оставим вас, - сказал мужчина и указал Стасу на дом. Закатив глаза, молодой человек последовал за братом, напоследок всё же метнув на Мирослава недоверчивый взгляд.
- Что вы здесь делаете? – поинтересовалась Юлиана.
- У меня для тебя кое-что есть, - сказал Мирослав и вынул из внутреннего кармана пиджака конверт.
Юлиана с любопытством его осмотрела, но снаружи не было никаких надписей. Тогда она достала из конверта сложенный лист бумаги и, развернув, прочитала текст.
- Что это? – изумилась Юлиана, оторвавшись от ровных, выведенных чернилами, букв. – Заставили написать это самого Шумака?!
Мирослав рассмеялся.
- Я же говорил, что достану для тебя личное разрешение Шумака!
- И как он вас не выгнал, с такими-то просьбами! – всё еще не веря, что держала в руках письмо, написанное лично главой клана и заверенное его печатью, поразилась Юлиана.
- Но теперь, когда сам Шумак тебя просит об этом, ты придешь на нашу встречу? – вернув себе серьезность, поинтересовался Мирослав.
- Командиры, видимо, тоже уже в курсе? – покосившись в сторону дома, за окнами которого она разглядела Илью Игоревича и Стаса, уточнила Юлиана.
- Мы всё обсудили, - кивнул Мирослав.
- Что ж, мне не остается другого выбора.
Мирослав улыбнулся, с облегчением вздохнув, и впервые огляделся.
- Так вот где ты теперь живешь? – он посмотрел за ее спину, на тазик с холодной водой.
Юлиана натянула пониже рукава и спрятала покрасневшие на холоде пальцы.
- Хотите, покажу вам двор? – сказала она прежде, чем Мирослав успел спросить еще что-то.
Они прошлись по дорожке к небольшому яблоневому саду, осыпающемуся в желто-красных листьях, покрывая зеленую траву яркими пятнами, на каких-то деревьях еще висели яблоки, пестрея красным огнем на фоне серого осеннего неба.
Мирослав вспомнил, как год назад они так же гуляли по лесам в клане Черкасова, а Юлиана усмехнулась, когда напомнила ему про упавшее с ветки яблоко, угодившее прямо в лоб молодому человеку.
- Да, эти яблоки выглядят страшнее, - заметил Мирослав. – Отойдем, не хочу рисковать.
Юлиана засмеялась. С Мирославом она могла ни о чем не переживать и будто бы вновь возвращалась в родной дом, позади них остался отец, суетившийся с домашними делами и хлопотавший по хозяйству, впереди бегали лошади, разминая тело в просторном поле и останавливаясь у реки, чтобы утолить жажду.
Герман во всем этом деревенском пейзаже выглядел странно с тех пор как умер его отец, и он взял правление клана на себя. Самоуверенный, помпезный, словно драгоценный камень в забытом удрученном клочке земли. А Мирослав же напротив, хоть и происходил из знатного рода, органично вписывался в окружающую среду, ему шли размытые осенние краски, его украшал дождь, а туманное солнце делало притягательным. У него было то, чего не хватало для этой гармонии Герману – доброе сердце и сострадание. Будто сама природа, чувствуя внутреннюю душу человека, обнимала одного, лаская теплым бризом, и отворачивалась от другого, несмотря на яркое солнце, казалась чужой.
Территория внутреннего двора, куда мог ходить Мирослав, была довольно маленькой, они быстро обошли его медленным шагом и вскоре вернулись обратно к дому. Но даже этого времени Юлиане хватило, чтобы насладиться компанией друга. Он вернул ей улыбку и напомнил о приятных моментах прошлого, которые не хотелось забывать.