Антон Павлович пожал плечами и посмотрел на фотографию счастливой пары.
- П-почему была? – запинаясь, поинтересовалась Юлиана.
- Они умерли, - ответил Антон Павлович, не отрываясь от фотографии, будто всматриваясь в картинки прошлого. – Поехали в Сенджин и не вернулись. Несчастный случай на стройке Кайсарова. – Услышав знакомую фамилию, Юлиану будто пробило электрической волной. – Стасу тогда было девять. Он боготворил отца. До сих пор считает Кайсарова виноватым в их смерти.
- Поэтому они с Германом друг друга ненавидят?
- Клановая ненависть, - тихо подумал Антон Павлович.
- Что вы сказали? – уставилась на него Юлиана.
- Говорю, будь с ним поосторожнее, ладно? Он, хоть и взрослый парень, но на душе до сих пор не зажившая рана.
Отчего-то от слов Антона Павловича стало грустно, не только в отношении Стаса, но и него самого. Он с любовью смотрел на сестру, которую потерял.
- Вам тоже было тяжело..?
- Она заменила мне мать, - улыбнулся Антон Павлович, предавшись теплым воспоминаниям с сестрой, - была строгой, поскольку была вдвое старше меня, часто ругала, но всё равно любила, как никто другой. Больше всего на свете переживала, что не сможет понравиться Стасу. И он, действительно, был тем еще чертенком, - усмехнувшись, заметил Антон Павлович. – Не знаю как, но она его все же покорила. Последнее, что помню, - как они сидят на диване в обнимку и рассматривают книгу, мечтая о совместном путешествии. А через несколько дней вместе с мужем она поехала в Сенджин. Они хотели защитить здание от сноса и построить там кружок для местных детей. Но землю уже выкупил Кайсаров, отправил бригаду на снос и даже не захотел никого слушать… На них упала балка, не оставив никакого шанса. А когда проходил суд, Герман заявил, что видел, как его отцу угрожал Окатов.
- Боже, - выдохнула Юлиана, пораженная историей. – И Стас обо всем знал?
- Поначалу мы скрывали. Но позже он обо всем догадался. Поскольку мы продолжили дело их отца, встреча с Германом для Стаса была неминуема.
- Он ненавидит его, да? – поняла Юлиана обеспокоенность Антона Павловича.
- Надеюсь, ты не позволишь ему натворить глупостей, - сказал он. – Та драка не повторится и не перерастет в нечто большее.
- Конечно! – заверила Юлиана. – Простите, я…
- Ничего, - выдохнул Антон Павлович и улыбнулся, - ты же не знала.
Домой вернулся Стас. Помахав свежим хлебом брату, он заметил Юлиану в компании Антона Павловича.
- Уже встала?
Юлиана улыбнулась как можно более беззаботно, не давая ему шансов узнать, о чем они разговаривали, пока его не было.
- Антон Павлович меня развлекал.
- Ха, - протянул иронично Стас, - чем он может развлечь, скучными графиками?
Он мотнул головой, указывая на папку в руках мужчины.
- Идите завтракать, пока горячее! – позвал всех Илья Игоревич.
При виде горячего, только что испеченного омлета на своей тарелке, Юлиана вспомнила о том, как совсем недавно Дана хозяйничала на ее кухне и готовила яичницу. Она улыбнулась, осознавая, что вовсе не одна, как казалось ночью, что у нее есть как минимум один друг, готовый понять ее при любых обстоятельствах. Осторожно Юлиана осмотрела и семью Окатовых, как беззаботно и расслаблено они общались вне стен офиса, как любили друг друга братья. Илья Игоревич, сбросив себя звание директора фирмы, в кругу близких был добрым, веселым и отзывчивым. Даже Антон Павлович – суровый и холодный заместитель – чаще улыбался, глядя на Илью Игоревича с братской теплотой, не упускал случая ответить на колкости Стаса. Юлиана чувствовала себя среди них в семье, дружной и любящей.
- Ты чего совсем не ешь? – заметил Илья Игоревич и придвинул поближе миску с овощным салатом. – Бери, что хочешь, не стесняйся.
Юлиана кивнула, воспользовавшись доброжелательностью мужчины, и попробовала немного салата. Обычный на первый взгляд завтрак, оказался очень вкусным. И дело было вовсе не в продуктах, а в той атмосфере, что дарили окружающие ее люди.